В России планируют ввести жесткий контроль над детской печатной продукцией, игрушками и мультфильмами

0
13

Игрушки детям не игрушка

Игрушечных дел мастера, работающие в среднем и малом бизнесе, внезапно осознали, что им уже не до игрушек. После того как этим летом казахские производители товаров для детей предложили подвергнуть цензуре продукцию стран Евразийского экономического союза, Российская ассоциация предприятий индустрии детских товаров поддержала инициативу коллег. То есть теперь и мы готовы внести обязательную психолого-педагогическую экспертизу в качестве поправок к техрегламенту «О безопасности игрушек», который сейчас проходит процедуру публичного обсуждения. Вообще-то, всерьез заняться подобными играми депутаты предлагали еще два года назад: тогда член комитета Госдумы по вопросам семьи, женщин и детей Константин Субботин внезапно объявил, что пора заняться цензурой не только интернет-сайтов, но и товаров для детей. Именно тогда впервые прозвучало предложение создать компетентный орган с участием министерств, политических и родительских структур, наделенный правом принимать решения о распространении или нераспространении той или иной печатной продукции, игрушки, а также подвергнуть цензуре мультфильмы.

В 2014 году депутат Константин Субботин аргументировал свою позицию очень просто: «Может быть, пора взять самое хорошее в воспитании от старой эпохи. Ведь дети, играя с советскими пупсами, росли намного отзывчивее, были на взаимовыручке».

Почему именно пупсы? Потому что тогда прозвучало конкретное предложение, с чего начать: провести психолого-педагогическую экспертизу американских игрушек серии Monster High («Школа монстров»), чтобы после заключения профильных экспертов использовать возможность запрета продажи этих тварей в России.

Объективно говоря, куклы из «Школы монстров» отличались и отличаются от стандартных Барби только слегка устрашающим макияжем и «загробными» гламурными аксессуарами. К тому же совершенно неясно, для чего было создавать новый «компетентный орган», если в сентябре того же 2014 года уже была создана межведомственная рабочая группа при Минобрнауки, как раз и призванная заниматься цензурой подобных товаров. А вошли туда в качестве экспертов кто только мог: представители Минпромторга, Роспотребнадзора, Минздрава, Ассоциации предприятий индустрии детских товаров, Ассоциации участников рынка артиндустрии, Московского государственного психолого-педагогического университета и Института психолого-педагогических проблем детства.

НО самодеятельные эксперты никак не успокаивались: на следующий год омбудсмен от Саратовской области Татьяна Загородняя вновь призвала покончить с экспансией темных сил в детской продукции, демонстрируя публике фотографии все тех же вполне безобидных кукол-страшилок Барби.

— Это реально проработанная программа! — открыла всем страшную тайну Загородняя, расшифровав, что цель заговора — зомбировать российских детей, а впоследствии и взрослых граждан РФ. Общественный совет при детском омбудсмене не только призвал к цензуре подобных «негативных» игрушек, но и даже сумел классифицировать детские товары по категориям «мертвые», «скучные» и «пустые», а также «аморальные» и «безнравственные». Нет причины сомневаться в профессиональной компетентности данного совета, но весьма характерно, что все эти заявления прозвучали во Всемирный день психического здоровья.

Цензура, в теории, может быть вполне нормальной и цивилизованной, и это забота каждого уважающего себя государства. Так что нет ничего странного в том, что этим летом было объявлено: страны Евразийского экономического союза тоже рассматривают возможность обязательной психолого-педагогической экспертизы детских игрушек, оказывающих негативное влияние на здоровье и развитие детей. Основная идея авторов заключается в том, что игрушки должны поступать в продажу «при соответствии критериям психолого-педагогической безопасности», после соответствующей экспертизы. Помимо этого, под запрет попадут игрушки, которые «провоцируют игровые сюжеты, связанные с безнравственностью и насилием, вызывают нездоровый интерес к сексуальным проблемам». Также вне закона окажутся игрушки, провоцирующие на пренебрежительное или негативное отношение к расовым особенностям и физическим недостаткам людей.

Совершенно очевидно, что речь тут, в частности, идет и об идеологическом аспекте. Вот только «наш ответ Америке» в первую очередь может ударить по отечественным производителям. После предложения Евразийский комиссии ввести цензуру наши игрушечных дел мастера сразу испугались дороговизны дополнительных экспертиз, которые, конечно же, повлекут за собой рост издержек на производство и продажу, а соответственно, и резкое удорожание детских товаров.

Эти чиновники опасаются, что из-за принятия данного предложения игрушки российского производителя подскочат в цене более чем на 40 процентов, а значит, рынок окончательно захватит дешевая продукция, привезенная из стран Азии, и к тому же возникнут совсем уж неравные условия для предпринимателей среднего и малого бизнеса.

По предварительным данным, исследование лишь одной игрушки может стоить более 9 тысяч рублей, а ведь фабрики производят тысячи наименований игрушек, экспертиза которых встанет в миллионы. С учетом того, что в игрушечном бизнесе все время обновляется ассортимент, вскоре может сложиться ситуация, когда продолжать этот бизнес станет просто невозможно.

План «Барби-росса»

Обновлять ассортимент российских игрушек теперь будет совсем непросто производителям любого масштаба: ведь в Российской ассоциации предприятий индустрии детских товаров считают, что в проекте должны быть учтены в том числе религиозные и национальные особенности детей. Несоответствие этим параметрам нашли, например, у всемирно известной куклы Барби.

Пресловутая кукла не раз использовалась политиками и производителями-конкурентами для различных спекуляций и стала уже настоящим жупелом. Во многих мусульманских странах куклы Барби запрещены к продаже. К примеру, четыре года назад Иран объявил ее персоной нон-грата на территории страны за «разврат и несоответствие исламскому образу женщины». Как альтернатива были предложены аналоги Барби — такие, как Фулла, Разанна и Джамиля (сходные с оригинальной куклой по многим параметрам, но при этом призванные пропагандировать мусульманские ценности). Все они обладают более скромными формами, а в комплект их аксессуаров обязательно входит хиджаб или чадра.

На Западе модную игрушку не раз обвиняли в распространении среди подростков таких заболеваний, как анорексия и булимия, — ведь ее обладательницы быстро начинают стремиться к кукольному идеалу, который подразумевает неимоверно длинные ноги и чрезмерную худобу. Кроме того, эксперты заявляют, что игры с куклой Барби могут негативно влиять на психику девочек, поскольку у них формируются нехорошие стереотипы поведения: либо имидж служанки при богатой бездельнице, либо самой этой бездельницы. Иными словами, образ жизни, «навязываемый» опасной куклой, воспринимается детьми как сплошная праздность, а ведь ребенок быстро учится проецировать модель ролевой игры на реальную действительность.

Но Барби, оказывается, еще не самая большая беда по сравнению с более современными ее аналогами — Братс, Винкс и Мокси, рядом с которыми выглядит чуть ли не пуританкой: если она напоминает фотомодель, то ее младшие сестры больше смахивают на кукол легкого поведения.

Что касается борьбы с путанами, то еще в 1970-х годах в «Росглавигрушке» была разработана альтернатива американскому бренду — кукла по имени Наташа. Разумеется, в те далекие годы никто бы не понял современную шутку: «Кто купит путевку в Турцию — тот Наташа!» — ведь это только после падения «железного занавеса» распространенное русское имя стало в турецком языке нарицательным. (Кстати, «ашк» по-тамошнему означает «любовь», может быть, именно поэтому все наши женщины ассоциируются у пылких турков с русскими Наташками.) Потом появились кукла Сидни и куклы Маша и Даша от «Иванушек International», но эти имена и для России, и для Турции оказались пустым звуком.

Да что там Турция… Даже у нас в стране, что касается морально-этических норм, нужен глаз да глаз. Это касается не только детских игрушек, но и детской художественной литературы. Уже много лет назад особо радикально настроенные россияне начали поднимать вопрос о несоответствии некоторых книжных персонажей нормам морали и этики — тем нормам, которых придерживаются эти радикально настроенные россияне. Именно тогда в головах у подобных пуритан-радикалов зародились сомнения в чисто приятельских отношениях между Малышом и Карлсоном, а также Винни-Пухом и Пятачком: в дружбе этих невинных персонажей кому-то померещилось что-то совсем нездоровое и нетрадиционное. А вскоре обеспокоенные граждане добрались и до Пушкина, занявшись редактированием «Сказки о попе и о работнике его Балде», в угоду РПЦ переделав безымянного попа в купца Кузьму. Как говорил Александр Сергеевич: чего же боле…

Впрочем, вскоре оказалось, что можно и поболе. Какие-то озабоченные люди требовали замазать папиросу в лапах у Волка во всех двадцати сериях «Ну, погоди!». А группа каких-то психологов-новаторов совершила своего рода открытие: по их мнению, факт предпочтения детьми отрицательных персонажей сказок — признак безумия. Следующим шагом исследователей, вполне возможно, могла бы стать идея создания сумасшедших домов для школьников, которые с симпатией относятся не к Павке Корчагину, а к Бармалею, старухе Шапокляк, волку из «Ну, погоди!» и к Бивису с Батхедом. Но как-то пока обошлось.

Кроме всего прочего, в данном контексте возникает вопрос: как взрослые вообще могут оперировать такими субъективными категориями, как «положительный — отрицательный»? Достаточно вспомнить, что когда-то очень давно Данте в своей «Божественной комедии» ставил Брута и Кассия в один ряд с Иудой, а нынче эти двое уже являются не иначе как самоотверженными героями. Вот и выходит, что дяди и тети сами вечно путаются в представлениях о том, что такое хорошо, а что такое плохо, а страдают от этого в первую очередь дети.

Ту же новогоднюю елку при советской власти запрещали на целых 20 лет как вредный религиозный пережиток, и только в конце 1930-х традиция вернулась — разве что на макушку елки стали цеплять не вифлеемскую звезду, а пятиконечную. Подобным же образом, но гораздо позже, в нашу страну вернулась из подполья и религия. И, разумеется, церковь всерьез и надолго занялась воспитанием подрастающего православного поколения.

Изыди, игрушка грешная

Нынешнюю моду на детские «инфернальные» игрушки РПЦ тоже не обошла стороной. Митрополит Саратовский и Вольский Лонгин (в миру Корчагин) так прямо и сказал, что в европейской культуре, частью которой являемся и мы, «на протяжении длительного времени идет ползучая реабилитация нечистой силы».

Архиерей деликатно обошел стороной таких сомнительных персонажей, как Карлсон, Незнайка и Буратино, и сосредоточился на полновесных представителях мирового зла.

— Это не конспирология, а факт. Это касается и художественной литературы, причем ее высочайших произведений — «Фауста» Гете, «Мастера и Маргариты» Булгакова; и изобразительного искусства — все эти Мефистофели, демоны Врубеля и прочее, и прочее. Это героизация, поэтизация того, что во все времена было олицетворением всего самого страшного, низменного, самого ужасного, что может быть на свете. Сегодня это дошло и до детского сада.

Воспевание «нечисти» приводит к привыканию, полагает Лонгин, и это «ломает все защитные механизмы, которые имеются у человека для защиты от темных сил». Стоит заметить, что святому отцу следовало бы быть чуть поосторожнее в высказываниях. Не в контексте рассуждений о нравственных и духовных нормах, а в том смысле, что он непроизвольно может подсказать «игрушечным» магнатам креативную идею производства кукол-персонажей из упомянутых им источников — например, Мефистофеля, Демона или Воланда со свитой. А ведь такие игрушки очень даже могут понравиться некоторым продвинутым детям.

Но похоже на то, что американские бизнесмены и их российские друзья все религиозные проповеди приемлют равнодушно. К концу года в Москве планируется открыть сразу два монобрендовых магазина американской компании The Walt Disney Co. Лидер индустрии детских развлечений предложит российским детям сувениры и аксессуары с изображениями волшебных героев. И помимо классических персонажей Disney в магазинах можно будет найти бренды Marvel («человеки-пауки» и «люди-иксы») и человекообразных персонажей из «Звездных войн» от Lucasfilm.

А ведь все это, как утверждают некоторые взрослые, «ценности не наши». И когда-нибудь на разные иностранные «Звездные войны» найдется управа. Недаром в начале сентября прогрессивное человечество каждый год отмечает Всемирный день уничтожения военной игрушки — в этот день каждый желающий с особой силой может призвать общество заменить игрушечные пистолеты, сабли, ножи, дубинки, танки и истребители на пацифистские игрушки вроде плюшевых мишек и пупсов.

С одной стороны, вроде все правильно, поскольку война — это однозначно плохо. Но, с другой стороны, во все времена девчонки играли в куклы да в «классики», а мальчишки — в «войнушку». Например, в России в царских семьях совсем маленьким мальчикам принято было дарить деревянных лошадок с седлом, уздечкой и стременами, а чуть повзрослевшим царевичам — игрушечные барабаны, знамена, латы, луки и мечи.

И дело не только в том, что Российская империя вечно вела какие-нибудь большие и маленькие войны. Ведь и в наши более мирные дни, как считают детские психологи, в пацанах по-прежнему заложены все те же качества: они хотят быть сильными, хотят быть защитниками-суперменами. С возрастом все эти качества естественным образом могут перерасти в чувство здорового патриотизма.

Так что пусть себе девочки спокойно играют в свои куклы, пока мальчики сражаются с воображаемыми фашистами. Трудно назвать это моралью, но с некоторой натяжкой можно сказать так: не бывает плохих игрушек, бывают хреновые воспитатели.

comments powered by HyperComments