Высшая форма волеизъявления спускается под плинтус

0
626

Инициатива по проведению референдума о пенсионном возрасте в Новосибирской области оказалась в руках случайных людей.

ОБЛАСТНАЯ избирательная комиссия зарегистрировала региональную подгруппу инициативной группы по проведению референдума о пенсионном возрасте, и это вызвало скандал.

Дело в том, что областная организация КПРФ, уже давно называющая референдум своим, подала документы в областную комиссию чуть позже другой группы, а в соответствии со ст. 15 ФЗ «О референдуме РФ» после регистрации региональной подгруппы «иная подгруппа, утвердившая на своем собрании такую же по смыслу или содержанию формулировку вопроса референдума, не может быть зарегистрирована». В категорию «иная» попала как раз та подгруппа, которая от коммунистов.

КПРФ уже собирается оспаривать решение избиркома в суде, а если не поможет, то, по мнению второго секретаря обкома партии, остаются только уличные протесты. «Идет целенаправленная деятельность по торпедированию референдума КПРФ. Отказ от такой формы, как референдум, толкает нас на улицу. Это означает, что теперь мы сосредоточим все усилия на протестных действиях: пикетах, митингах. Одним из требований на публичных мероприятиях будет: «Руки прочь от референдума КПРФ».

Правда, когда «Новая Сибирь» задала ему прямой вопрос: «Почему вас кто-то обогнал?» — он ответил обескураживающе искренне: «Мы просто не успели».

Центризбирком РФ одобрил пять разных заявок на вопросы к референдуму: от КПРФ и «Справедливой России», от группы жителей Подмосковья и вологодского блогера Сергея Мельникова и, наконец, от Алексея Якимова — бывшего «справедросса», сейчас представляющегося директором Нижегородского музея трезвости. Новосибирских коммунистов, что обидно, побили представители последнего — пожалуй, самого странного персонажа.

«Какого-какого музея директор?» — наверняка будут теперь говорить по пятницам сибирские пьяницы вместо тоста. И это, разумеется, отвлечет их от какого-то подвоха. В том, что он есть, сомнений у нормального современного россиянина быть не может. Согласно соцопросам, против повышения пенсионного возраста настроены от 80 до 90 процентов россиян. При таком раскладе результаты любого голосования предсказуемы, если только не сформулировать вопрос так хитро, что мы будем думать, что голосуем против повышения, а потом выяснится, что за.

У социально активных трезвенников вопрос сформулирован так: «Вы за установление запрета на увеличение установленного законодательством Российской Федерации о пенсионном обеспечении по состоянию на 1 июля 2018 года возраста, по достижении которого возникает право на назначение пенсии по старости?»

У КОММУНИСТОВ — «Согласны ли вы с тем, что установленный законодательством Российской Федерации о пенсионном обеспечении по состоянию на 1 июня 2018 года возраст, достижение которого дает право на назначение страховой пенсии по старости (для мужчин — 60 лет, для женщин — 55 лет), повышаться не должен?» Скорее сдохнешь, не дожив до возраста дожития, чем разберешься, но явного подвоха вроде не видно.

Может быть, коммунистам просто стоило бы подключиться к работе зарегистрированной подгруппы и бороться за сохранение пенсионного возраста вместе с ее членами? Ренат Сулейманов перспектив в этом не видит: «Мы пытались найти общий язык с представителями другой группы, но там не те люди, которые принимают решения».

«Новая Сибирь» попыталась эту версию проверить — и действительно: в телефонном разговоре лидер зарегистрированной подгруппы Сергей Бурдачев ни о чем говорить не хотел. «Знаете, у нас есть установочка: мы пока никаких комментариев не даем. До того момента, как у нас не будет все оформлено и мы не начнем собирать подписи. Меня попросили не давать комментариев». Кто попросил, когда и из каких источников оплачены немалые расходы, Бурдачев говорить отказался. И, кстати, идентифицировать себя с музеем трезвости тоже не стал: «Я на сегодня больше, чем вы обо мне знаете, сказать не могу».

Кто такой Бурдачев? Юрист, руководитель подгруппы — больше не знали о нем ничего. «Если ли у вас опыт политической или общественной деятельности?» — спрашиваем мы. И скупой на слова собеседник отвечает: «Он меньше, чем мне хотелось бы».

Коммунисты объявляют всех, кто не с ними, спойлерами. Ведь для проведения референдума подгруппы должны быть образованы более чем в половине регионов страны — в 43-х. На сегодняшний день, по информации Сулейманова, КПРФ удалось это сделать не менее чем в восьми, причем два из них — сибирские: Алтайский край и Иркутская область. А вот в Омской области случилась та же история, что и у нас: трезвенники опередили.

Можно было бы подумать: ну и хорошо — больше групп хороших и разных. Все так и было бы, если бы не вопрос ответственности. Референдум — высшая форма волеизъявления граждан, важнейший акт национального единения. Строго говоря, неправильно считать его протестом против пенсионных изменений — ведь голосовать люди могут и за. Им бы только возможность дать, и они примут решение. Решение, которое будет сильнее любого закона, даже подписанного президентом.

Когда за сбор подписей в пользу проведения референдума берется какой-то Вася — чем он ответит, если что-то пойдет не так? Что потеряет, если просто не соберет подписи или соберет поддельные подписи, или, не дай бог, просто решит порвать с трезвостью и запьет в самый разгар кампании?

Увы, но даже показывать пальцем в таком случае будет просто не на кого.

Алексей САЛЬНИКОВ, Константин КАНТЕРОВ, «Новая Сибирь»

Please follow and like us:
comments powered by HyperComments