С 7 ПО 24 ДЕКАБРЯ 2017 года в Новосибирске состоится XII Международный Рождественский фестиваль искусств — крупнейший форум культуры за Уралом.

Организаторами фестиваля выступают Министерство культуры Новосибирской области, Новосибирская государственная филармония и Новосибирский академический молодежный театр «Глобус».

Рождество — удивительный праздник, устраняющий преграды между представителями любых народов и стран. Он создает уникальную атмосферу, в которой способен происходить диалог культур. Во всем мире в этот период проводится множество карнавалов, ярмарок, представлений. Однако в современной России эта ниша долгое время оставалась свободна. В 1995 году Новосибирск открыл на своей территории новый фестиваль, основная идея которого — подарить людям встречи с подлинными образцами современного российского и зарубежного искусства под эгидой лучших традиций Рождества. С тех пор культурный форум без конкурсной основы (организаторы сознательно решили уйти от этого атрибута фестивалей и создать чистый праздник искусства) проводится один раз в два года. Основой Рождественского фестиваля стала широкая программа, включающая разнообразные виды искусства: драму, музыку, танец, живопись, перформанс. В этом номере газеты «Новая Сибирь» мы расскажем о самых нестандартных спектаклях, приглашенных для участия в XII Международном Рождественском фестивале, спектаклях, переворачивающих с ног на голову привычные зрительские представления и стереотипы театрального обывателя.

Бертольт Брехт. «Разговоры беженцев»

14, 15 декабря

Проект фестиваля искусств «Точка доступа» (Санкт-Петербург)

В этом спектакле для Новосибирска необычно все — жанр, исполнение, способ подключения, место действия. «Разговоры беженцев» — променад-спектакль, спектакль-бродилка, предполагающий свободу передвижения, тотальное погружение и отсутствие ограничений театрального пространства. Своего рода квест, создатели которого настраивают принимающую сторону на «познание некой тайны бытия», «открытие в себе тех личностных сторон, о которых прежде и не подозревал». Публика теряет привычную функцию наблюдателя и превращается не столько в зрителя, сколько в полноценного участника происходящего, которому отведена своя роль, история и особое предназначение.

«Разговоры беженцев» — это спектакль по мотивам одноименной пьесы Бертольта Брехта, написанной в годы Второй мировой войны в Финляндии. Место действия — Центральный железнодорожный вокзал города Хельсинки. Зритель становится участником обстоятельного приватного разговора двух персонажей, проводящих время на вокзале в прямом смысле: ведь место действия «Разговоров беженцев» не сценическая площадка, а помещение вокзала «Новосибирск-Главный». В фокусе внимания оказывается эффект подсматривания: зритель может как перемещаться вслед за артистами, так и раствориться в толпе и построить собственный визуальный ряд, спонтанно сопровождающий звуковой канал. «Вокзал — то место, которое для поколения 1920-х символизировало уровень развития цивилизации, — рассказывает художественный руководитель постановки Константин Учитель. — Железная дорога была своеобразной эмблемой всестороннего прогресса. У вокзала всегда есть ощутимое человеческое измерение. Это место встреч и расставаний, место, где случается «ожидание», слово, ключевое для экспрессионистов XX века. Люди, которые сидят в зале ожидания, для меня уже захватывающий спектакль. Вокзал полифоничен, драматичен и невероятно интересен как пространство специфической акустики. Все это возводится в степень невероятной актуальности и смелости брехтовских текстов, в которых поднимаются вечные проблемы, которые сегодня, когда в Европе опять гибнут сотни и тысячи людей, нас особенно волнуют. «Разговоры беженцев» — выбор не случайный. А решение с наушниками и актерами, которые «спрятаны» в живую жизнь, кстати, появилось не сегодня, не под влиянием нынешней театральной моды, а много лет назад».

Герои спектакля, чьи голоса сопровождают зрителя, согласно замыслу драматурга, оказываются двумя немецкими беженцами, обсуждающими и глобальные общечеловеческие вопросы, и бытовые невзгоды времен Второй мировой войны. В одном явно угадывается сам Бертольт Брехт, другой — представитель классической немецкой интеллигенции. С помощью утонченной иронии и искрометного юмора создатели спектакля ставят акцент на актуальности обсуждаемых героями тем. «Вместе с двумя брехтовскими персонажами зритель ходит по Финляндскому вокзалу в Петербурге, имея при этом в виду, что попал на Центральный вокзал Хельсинки. Другой город, другой вокзал, другие политические и общественные реалии, а разговоры все те же, что и 75 лет назад, — пишет в газете «Ведомости» театральный критик Глеб Ситковский. — Войны, беженцы и великие диктаторы, зовущие народ на подвиги, — все это по-прежнему с нами. Когда слышишь фразу: «Сначала только кто-то угрожал кому-то, потом кое-кто стал угрожать всем и под конец все стали угрожать всем», то трудно поверить, что написана она была в 1941-м, а не сейчас. Героями своей пьесы Брехт сделал людей предельно негероических, и зрителю потребуется время, чтобы выделить рабочего Калле (Сергей Волков) и физика Циффеля (Максим Фомин) из станционной толпы. Парни как парни, с рюкзачками за спиной. Ошиваются по вокзалу, ожидая поезда в неизвестном нам направлении, и, видимо, от скуки занимают себя разговорами о войне и мире, о свободе и несвободе. Фейхтвангер называл драматические произведения Брехта «первыми пьесами третьего тысячелетия», и к «Разговорам беженцев» эта характеристика относится больше, чем к другим его пьесам».

«Кафе Идиот» (по мотивам романа Федора Достоевского «Идиот»)

17, 18 декабря на сцене Концертно-театрального центра «Евразия»

Театр «Балет Москва»

Театр «Балет Москва» — один из самых сильных хореографических театров России. Его художественная политика основана на органичном синтезе классики и новаторства. В составе театра две труппы — классического и современного танца. «Балет Москва» следует идее максимального жанрового многообразия, смелости в выборе выразительных средств, визуального и музыкального оформления. В репертуаре театра — авторские работы российских и зарубежных хореографов, специально созданные для артистов «Балет Москва». Театр работает в свободном пространстве — у него нет своей сцены. Это позволяет экспериментировать с локациями, использовать потенциал и своеобразия различных городских пространств.

Что есть «Кафе Идиот»? Это некое место, в которое приходит зритель, может быть, даже не думая ни о каком романе, где с ним мистическим, достоевским образом начинают происходить разные вещи. Он завороженно наблюдает за движением мысли, эмоции или тела актера, вглядывается в экран, следит за перемещением героев. Он силится отличить многочисленных Рогожиных от Мышкиных, а Настасью Филипповну — от Аглаи. Это путь падения и поиск баланса, созданный методами визуального театра, который и зритель, и актеры проходят вместе. Это работа о том, как можно визуализировать те состояния, которые заложены в легендарном романе и пробуждаются в нас при его прочтении. «Хореограф Александр Пепеляев, разумеется, не пересказывает роман: череда ритмически и эмоционально контрастных сцен позволяет лишь угадывать знакомые эпизоды, — полагает обозреватель газеты «Коммерсантъ»Татьяна Кузнецова. — Цитаты из Достоевского режиссер включает в спектакль трижды: прочитанные наивным детским голоском без тени пафоса и надрыва, они придают танцевальным эпизодам жутковато-беспощадную прозрачность. Как и роман, спектакль балансирует на грани жестокой мелодрамы, психологического триллера, криминальной хроники, карнавального безумия и ярмарочного балагана. Тут и окутанный зеленоватым сиянием нож, медленно проползающий по воздуху, чтобы воткнуться в грудь жертвы; тут и бегающие по стенам — в буквальном смысле — Рогожины; и Мышкины, являющиеся, как привидения, прямо из зеленых обоев; и расслабленно-вымороченный кайф инфернальной дискотеки; и атмосфера недорогого борделя с сатирически заостренным эротизмом дамского дефиле на высоких шпильках».

«Кафе Идиот» — своеобразный оммаж Пине Бауш, отсылка к спектаклю «Кафе Мюллер», манифесту визуального театра. Девушка с завязанными глазами, не ведающая, куда поведет ее импульс, и молодой человек, услужливо убирающий стулья с ее пути, — что может ярче передать отношения Настасьи Филипповна и князя Мышкина? Каждый актер попробует на себе известную двойственность, перевоплощаясь то в князя-эпилептика, то в купца-смутьяна, а затем и вовсе переходя на сторону наблюдателя. «Сочетание современного танца и интерактивной графики — уже хорошо освоенное отечественными танцевальными проектами явление. Но в «Кафе Идиот» оно переведено на новый, чуть ли не метафизический, уровень: тут уже и графика сама танцует, а танцоры выглядят в определенные моменты, как художественная проекция, — резюмирует Виталий Гиззатуллин, обозреватель интернет-портала Dance.ru. — Уровень проникновения всех элементов спектакля друг в друга невероятен. Хореография буквально нашпигована потрясающими «фишками» и элементами, от каждого из которых захватывает дыхание, сюжет расплывается в танце, создавая напряженную и звенящую атмосферу».

Евгений Казачков. «Топливо»

17 декабря — лофт-парк «Подземка», 18 декабря — Технопарк Академгородка

Pop-up театр (Санкт-Петербург)

Создатель и идеолог Pop-up театра — один из ведущих театральных режиссеров России Семен Александровский, известный новосибирскому зрителю своими постановками «Ручейник, или Куда делся Андрей?» и «Элементарные частицы» на сцене театра «Старый дом». По его словам, задача этого проекта — не просто создавать новые спектакли, но расширять само понятие слова «театр», выходить за рамки, разрушать границы, исследовать реальность и самому становиться объектом и субъектом изучения. Pop-up театр не привязан к конкретному пространству и, как следует из его названия, может возникать в разных местах и исчезать. Такая стратегия независимого театра — это тактика выживания. Но в то же время это приоритет свободы, возможность открывать новые пространства и менять фокус зрения на территорию города.

Спектакль «Топливо» основан на глубинном интервью с нашим современником, физиком и известным IT-предпринимателем. Давид Ян — основатель компании ABBYY, получившей мировую известность благодаря электронным словарям ABBYY Lingvo и программе распознавания текстов ABBYY FineReader. Документальная пьеса Евгения Казачкова написана на основе многочасовых бесед с самим Давидом Яном. «У меня было четыре-пять встреч с Давидом Яном, по два-три часа, последняя должна была занять час, — поясняет драматург в интервью интернет-порталу Sputnik. — Но начали мы то ли в семь, то ли в восемь вечера, а завершился разговор только в полпервого ночи. Задача драматурга в том, чтобы человек что-то впервые вспомнил, проговорил, сформулировал важные для него вещи. Если мы не дойдем до этих жемчужин, получится просто набор информации, а не драма, для которой важны ощущение жизни, движение. Давид очень долго сомневался по поводу интервью, говорил, что незачем каким-то самолюбованием заниматься. Но мы ведь не просто говорим: у тебя интересная жизнь, расскажи, а мы сделаем спектакль. Нужно, чтобы и зритель, и герой получили что-то ценное от разговора, от пьесы, от спектакля, чтобы и ему что-то вернулось. Восприятие спектакля — это работа. Нужно провоцировать зрителя на работу. Хороший спектакль начинается после того, как зритель вышел из театра. Если он вспоминает о чем-то — значит, спектакль был. А если просто отсидел и забыл — значит, спектакль не состоялся».

Вербатим, по принципу которого сформировано «Топливо», открывает театру возможность сфокусироваться на внутреннем мире человека, на драматургии его жизни. Главный герой рассказывает о поступлении в физтех, об авантюре с первым электронным словарем, о том, как жизнь профессиональная запараллелилась с личной. На выходе получается история о поиске смысла жизни, о жажде бессмертия, о том, как изменить мир к лучшему. «Топливо», поставленное Семеном Александровским в созданном им Pop-up театре (театр есть, но без постоянной прописки), упорно хочется назвать «Теплотой», — рассказывает Алла Шендерова на страницах газеты «Коммерсантъ». — Дело не только в созвучии слов и не в том, что теплота измеряется в джоулях, что ближе к физике. Дело в том, что в витиеватом «научном» монологе Давида Яна, записанном драматургом Евгением Казачковым, проступает близкая каждому тема: поиск смысла существования. Чуждый пафосу герой спектакля выражается иначе: «Как найти то топливо, чтобы мне было интересно». Игра со зрительским восприятием и поиск новых способов донесения текста — вот что занимает Александровского. По форме «Топливо» моноспектакль. Питерский актер Максим Фомин появляется в маленьком неосвещенном зале. Поначалу он вступает в диалог со своим звучащим с темного экрана голосом. Речь о том, как маленький ереванский мальчик, сын физика и театральной мамы, играл в стоп-кадры — пытался фиксировать мгновения жизни, «рассчитывая скорость движения облаков по биению сердца».

«Колино сочинение» (по мотивам книги Сергея Голышева «Мой сын — даун»)

19, 20 декабря на сцене театра «Красный факел»

Проект продюсерского центра «КонтАрт» (Санкт-Петербург)

«КонтАрт» (ContArt Family) — это продюсерский центр в сфере современного театра, музыки и кино. Синтез движения, драматического действия, композиторского искусства и современный визуальный ряд — то, что отличает спектакли «КонтАрта». Миссия «КонтАрта» в сфере театра — создавать среду и условия для эффективного творческого сотрудничества профессионалов: режиссеров, хореографов, музыкантов, актеров и художников. Цель — воплощать и представлять зрителю самые интересные и актуальные идеи в области современного театра. Спектакль «Колино сочинение» создан при поддержке театра «Кукольный формат», Санкт-Петербург.

Книга Сергея Голышева — это откровенный опыт отца, воспитывающего особого ребенка. Основной линией спектакля становится стихотворение сына Сергея, шестилетнего Коли, в котором он говорит о своем путешествии к девочке Варе. «Мои причины делать этот спектакль, кроме вдохновения от текстов... Мой третий малыш родился с таким же диагнозом, как у Коли, — рассказывает режиссер спектакля Яна Тумина. — Я знаю, что мир этих детей дремлет в каком-то волшебном закрытом доме. Коля благодаря своему поэтическому дару держит этот дом открытым. Мне важно, чтобы люди совершили открытие, заглянув в мир особых детей. Он красив и прост. Необычен и парадоксален. Я не сторонний наблюдатель. Я — участник этого волшебного мира».

Герой спектакля Коля признается своим родителям в том, что если бы он прошел все испытания в жизни, то попросил бы у Бога девочку Варю. Она появляется в его рассказах и стихах, он говорит о ней, как о лучшей подруге из своего детсада. Колин отец позже узнает, что такой девочки никогда в детском саду у Коли не было. Но это не мешает ехать к ней на электричке, «которая не устает», через дожди, пейзажи и тени, ничто не остановит этого стремления сердца к любви, ничто не остановит электричку, которая в финале спектакля всех привезет на эту волшебную планету, «где девочка Варя живет».

«Образ ребенка-дауна Коли стал призмой, через которую показан тот же — наш — мир, — пишет Полина Березина на страницах арт-журнала «Около». — Не все дети с таким или сопоставимым по уровню дезадаптации диагнозом способны к самовыражению, которое будет доступно к пониманию людям с условно-обычным мировосприятием. Представленная картина реальности состоит из оленей и родителей, снега и пирожков, электричек и запросов к Богу. На этой канве есть существенная одушевленная точка — девочка Варя. Между ней и Колей и происходит главная динамика. Светлое чувство, путешествие раз — на электричке, встреча, путешествие два — на другую планету. Родители тоже косвенно присутствуют в этой вселенной: через пеленки, затрещины, волны принятия и нежности. Из-за кукольного формата, ответа на обозначенный вопрос, визуальной стилистики создается ощущение, что наблюдаешь мультфильм. Действие перемещается по заднику кинематографическим образом, видео проплывает прямо по телам кукол и актеров. В тематически подходящей степени сентиментальное звуковое сопровождение обозначает пиковые моменты, голос ребенка чист, трогателен».

«The Marusya» (сольный спектакль)

20, 21 декабря на сцене театра «Старый дом»

Компания «Диалог Данс» (Кострома)

«The Marusya» — спектакль, который стоит увидеть каждому, кто хотел бы узнать о мире современного танца больше. Однажды хореограф Александр Андрияшкин в шутку предложил PR-менеджеру одной из самых известных в России на сегодняшний момент танцевальных компаний «Диалог Данс» — Марусе Сокольниковой — выйти на сцену и рассказать о современном танце. Сперва шутка переросла в переговоры, лабораторию, а затем уже в репетиции и полноценный спектакль-перформанс, где главную и единственную роль исполняет не профессиональный артист, а человек, который постоянно находится рядом, но остается за кадром. «Для меня было важно и интересно попробовать соединить танцевальный, театральный и перформерский опыт, но так, чтобы на выходе это был именно спектакль.

Не просто человек-документ на сцене, а художественное осмысление, высказывание, художественными же методами реализованное, — утверждает хореограф-постановщик спектакля Александр Андрияшкин. — То есть чтобы спектакль в итоге стал важнее документа, а не наоборот. И в этом смысле мне очень повезло с Марусей, ее перфекционизмом и отношением к делу. То, что для нее это первый опыт, для меня скорее сработало как невозможность планировать репетиционное время. Тебе кажется, ну вот мы сейчас минут двадцать над этой частью поработаем и дальше пойдем, а это раз — и забирает три часа и все силы. Но при этом, если ты аккуратно и кропотливо работаешь со своим интересом и умением, то через определенные инструменты человек, который до этого ими не владел, способен сделать ценное высказывание. И в результате мы в течение часа присутствуем, вообще говоря, при маленьком чуде, когда на сцену выходит человек, который действительно сидел в офисе, и вдруг он все делает — тащит тему, соблюдает форму, держит внимание настолько состоятельно, что я и сам иногда забываю о том, что Маруся непрофессионал».

В итоге — обычный офисный работник занимает сцену и с помощью слов и движений проигрывает сценки из жизни, делится опытом и задает вопросы, которые выходят уже далеко за рамки танца. Если попробовать свести все к одному предложению, получится что-то вроде: «А зачем мы все продолжаем заниматься тем, чем занимаемся?» Но спектакль не про скуку и навязчивые самокопания, а про шаг, который каждый должен попытаться сделать. Хотя бы раз в жизни. «Надо сказать, что здоровой иронией здесь пронизана буквально каждая минута: танцевальный рисунок собран из самых популярных движений, где и прогибы, и вращения головой, и растягивание в плоскости, и эффектные замирания, а пафос рассказа напрочь сбит трансляцией подлинного отношения ко всему масштабному, священному, театральному и таинственному. И все это делается с серьезным лицом, — отмечает Екатерина Нечитайло на портале «Субкультура». — Сокольникова, получившая почти уникальную возможность разоблачить современный танец, работает совершенно бесстрашно, без стеснения, кидается в пропасть без оглядки, но знает меру. Она говорит от себя, немного заигрывает со зрителем, действует четко, выплескивает на зал лавину обаяния, напоминает героиню Нонны Мордюковой из фильма «Простая история», которую выбрали председателем колхоза. Маруся знает кухню, Марусе нечего скрывать, Маруся понимает, что горшки обжигают не боги. Пресс-релиз, где всегда говорится про одиночество, странников, лучики надежды, поиск себя, пишется исключительно для привлечения внимания, всем нужна красивая сказка о создании проекта, если начать говорить правду, то зашевелятся волосы, никто толком не сечет, «из какого сора растут стихи». А вот Маруся в курсе».

Марина ВЕРЖБИЦКАЯ, «Новая Сибирь»

comments powered by HyperComments