Третий пошел, или По уши в киноавантюре

0
868

Актер, режиссер и сценарист Денис Казанцев рассказывает о своем очередном опыте работы в коротком метре. 

КАЖДАЯ арт-команда во время карантина проводит досуг по-своему. Творческое объединение «АПАРТТЕАТР», выпустившее двумя годами ранее короткометражный фильм «Андреи», снимает кино и активно занимается постпродакшеном уже готового материала. Буквально на днях съемочная группа вернулась из рабочей поездки по Хакасии, где проходили съемки третьей ленты, — подробная информация о «продукте» пока держится в секрете. Зато второй короткий метр под названием «Мальчик Христов» уже протаптывает дорожку к фестивальному зрителю.

«АПАРТТЕАТР» — предприятие с художественным настроем и семейным уклоном. Под крылом актера, режиссера, поэта и музыканта Дениса Казанцева испытывают на прочность вдохновение его ближайшие родственники: супруга Александра, сын Всеволод, брат (известный новосибирский артист Андрей Яковлев) и люди, близкие по духу. Такие, как оператор Игорь Токарев, с которым команда «АПАРТТЕАТРА» реализует свои кинопроекты (есть еще многочисленные театральные, но о них разговор отдельный). На счету объединения почти три киноленты — арт-хаусные, любительские, выполненные в формате короткого метра. Стартовым фильмом стали «Андреи». Съемки ленты длиной в 36 минут длились три дня и обошлись создателям киноленты в 30 тысяч рублей. На второй фильм под пока засекреченным названием ушло 11 дней творческой командировки в Хакасию, где прошла большая часть съемок. Съемочная группа впервые приобрела продюсера, бюджет и проехала более 2000 км по дорогам и весям республики. В объектив кинокамеры (а она у «АПАРТТЕАТРА» теперь новенькая, профессиональная, приобретенная на собственные средства) попали озера Шира и Белё, поселки Малая Сыя, Коммунар, Туим, Ефремкино, степи и даже урочище Сундуки. Заключительный этап съемок пройдет в Новосибирске — городе, где происходят события второго фильма «Мальчик Христов».

Съемки 23-минутной ленты, отсылающей внимательного зрителя прежде всего к рассказу Достоевского «Мальчик у Христа на елке», а следом к концептуально близким сюжетам Андерсена и Диккенса, продолжались больше года. Для режиссера Дениса Казанцева и его творческой группы это абсолютный рекорд. Секрет же хронологического масштаба заключается в замысле — для его воплощения потребовалось много зимних и одна, финальная, летняя сцена. Запустив летом 2018-го в фестивальный водоворот «Андреев», команда приступила к работе над новым материалом, и в марте 2020 года фильм был готов. Снимали, как и предыдущую ленту, за свой счет.  В картине на безвозмездной основе снялись ведущие театральные артисты Новосибирска — Сергей Богомолов, Дарья Емельянова, Семен Летяев, Олег Майборода, Владислав Шевчук, Андрей Яковлев и другие. А деньги понадобились лишь на бензин для поездок по городу в поисках натуры и звуковой дубляж в профессиональной студии. О том, как проходили съемки, менялись планы и рассеивались сомнения, в интервью «Новой Сибири» рассказывает режиссер и сценарист фильма «Мальчик Христов» Денис Казанцев.

— По легенде, стимулом к созданию своего рождественского рассказа о бедном мальчике, которому буквально не находится места в этой жизни, Достоевскому послужила встреча с ребенком, что просил милостыню. А что побудило взяться за этот сюжет вас?

— Когда мы сняли фильм «Андреи» и выдохнули, захотелось не останавливаться, а работать дальше. Я стал искать материал, но мне не везло. Сценариев для короткометражек в интернете встречалось много, и я даже находил среди них хорошие, но с реализацией возникали проблемы. Одни мы технически не могли осилить, другие были настолько фантасмагоричными, что я вообще не представлял, как их можно воплотить без качественных потерь. Тогда я углубился в литературу, стал перечитывать уже известные мне произведения. «Наткнулся» на рассказ Достоевского и понял: это то, что мне сейчас нужно.

—  Тем не менее вы отказались от точного воспроизведения сюжета, использовали лишь мотивы, да еще и опрокинули историю в реалии современного мегаполиса. Для чего это было нужно?

— Исторически воспроизводить сегодня Достоевского крайне сложно. Особенно с тем техническим оснащением, которое мы себе финансово можем позволить. Да это и не обязательно. Хорошая история в изложении классика, на мой взгляд, актуальна в любое время. И я начал писать инсценировку — некий съемочный план и диалоги.  Если у «Андреев» и у нашего следующего фильма был проработанный сценарий, то здесь мы сочиняли фильм по ходу съемок. Изначально у нас была намечена только последовательность эпизодов, а дальше мы с оператором садились на машину и колесили по городу до тех пор, пока не находили место, которое нас вдохновляло. Так в фильме появились и подземные переходы, и стены, и мосты. Да и вообще «Мальчик Христов» очень далеко отошел от первоначального замысла.

— Благодаря найденной фактуре?

— Не только. В какой-то момент съемок я понял, что мы идем не туда.  Грубо говоря, двигаемся штампами. Как и у Достоевского, наш маленький несчастный герой встречал на своем пути злых и беспощадных людей, которые его обижали, — и это выглядело слишком шаблонно, карикатурно и предсказуемо. Мне кажется, на эту тему столько фильмов было снято, что больше и не хочется смотреть. Я зашел в тупик. Хотел бросить все, а когда летом сняли финальную сцену, вдруг понял, что знаю точно, как и про что надо делать этот фильм.

— Про что же?

— Тема этого фильма — формальная доброта. Мальчик идет по городу. И по дороге ему встречаются люди. В общем-то, добрые и хорошие, никто его не оскорбляет, не бьет, не обижает, как было прописано в сценарии сначала, но и не помогает в то же время никто. И человек погибает. Не от прямых каких-то грубых действий, а от всеобщего безразличия.

— Весь фильм главный герой не произносит ни слова.

— У меня была своя маленькая режиссерская мечта — снять фильм, где бы у главного героя не было слов. И я не смог придумать ничего умнее, чем лишить Мальчика дара речи. У Достоевского, кстати, герой разговаривает, а наш смотрит и молчит.  Мне хотелось показать не говорящего героя, а воспринимающего, чтобы зрители через этот образ смогли в полной мере ощутить состояние персонажа.

— С широким экраном понятно, но почему «Мальчика Христова» пока нельзя увидеть в интернете?

—  Как и в случае нашей первой картины, мы хотим, чтобы «Мальчик Христов» нашел своего фестивального зрителя. А оргкомитеты фестивалей не любят, когда фильмы доступны в сети. Мы выпустили кино в разгар пандемии, отправили заявки по знакомым маршрутам и выяснили, что многие фестивали отменились или перенеслись.

ШУКШИНСКОГО кинофестиваля, например, в этом году не будет. А некоторые вообще перешли в онлайн-режим. Это, конечно, совсем другая история. Я бы хотел, чтобы зрители увидели наш фильм «вживую», а вместе с ними в зале сидела и наблюдала за реакцией наша команда. Но что есть, то есть, и с этим ничего не поделаешь.  Результат наших фестивальных поисков будет известен в сентябре, поскольку срок подачи заявок на многие фестивали продлен до конца августа. Пока у нас есть диплом с необычной формулировкой «Снято до».

— Что это означает?

—  Московская онлайн киношкола проводила фестиваль «Дебют», и мы получили диплом в номинации, предназначенной для фильмов, снятых до карантина. Дело в том, что организаторы пытались «встряхнуть» людей, вынужденных оказаться в домашнем заточении, и предлагали всем снимать балконно-квартирные фильмы прямо у себя дома.  Кто-то так и сделал, а у кого-то были уже готовые фильмы, как у нас. Маленькая локальная победа для нас — лишний повод продолжить фестивальное движение.

— Денис, вы востребованный актер. Работаете в профессиональном драматическом театре, реализуете музыкальные проекты в артистическом кафе. Зачем вам кино?

—  Мне после «Андреев» часто задают этот вопрос. Мол, деньги ты этим не зарабатываешь, только тратишь, на «Оскар» не претендуешь, семью напрягаешь. Я честно и долго пытался найти ответ и даже подкрепить его философским обоснованием. У меня было много версий. Все они были более-менее похожи, разве что отличались в деталях. Но в конце концов я понял, что не могу ответить даже себе. Все варианты верные, но они ли на самом деле являются подлинным двигателем, который призывает меня к работе в кино? У меня много проектов. Я все время пытаюсь реализовать себя в разных формах и жанрах. Однажды появилась идея попробовать себя в кино. Не побаловаться, а снять фильм по Гамбургскому счету. Реализовать те идеи, которые я не могу воплотить ни в музыке, ни в театре. Станиславский полагал, что говорить на сцене нужно только тогда, когда уже не можешь молчать. Вот и я начал снимать тогда, когда не снимать уже было невозможно. Мысли о кино появились еще до приезда в Новосибирск, в Кемерово, где я жил и работал в театре. Но то ли желание было не такое сильное, то ли я тогда не созрел, то ли почва вокруг была не столь плодородная. Только в Новосибирске вокруг меня стали появляться люди, готовые вместе со мной запросто пуститься в эту авантюру. Теперь мы по уши в ней.  И, может быть, я не очень понимаю, для чего мы это делаем, просто очень хочется высказаться.

—  В ваших фильмах снимаются коллеги и всегда семья. Это дорогого стоит — поддержать друг друга и объединиться в творческом порыве.

— Я когда-то пошутил, что приглашаю на съемки семью, потому что это мне ничего финансово не стоит. Но на самом деле и мои знакомые артисты, и моя семья появляются в фильмах не случайно. Когда я сажусь писать сценарий, то всегда вижу перед глазами конкретных людей, интересных и хороших артистов. Мне так легче. И, слава богу, пока мне никто не отказывал. Я этому очень рад. А еще у меня была мечта — запечатлеть всех своих родственников на киноэкране. В первом фильме снялись мой брат, его отец, племянница и я, во втором главную роль сыграл мой сын, в третьем на первый план выйдет моя супруга, а «прицепом» в кадр попадет восьмимесячная дочка. Вот сниму маленькую семейную историю — и успокоюсь.

Юлия ЩЕТКОВА, «Новая Сибирь»

Please follow and like us:

Оставить ответ

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.