Поджарка на национальной почве

0
861

Учительница русского языка в сельской школе заплатила штраф за «хамку» и избежала ответственности за «чурку». 

НИКТО не захотел разбирать в деталях некрасивую историю с националистическим подтекстом. Районный суд прекратил уголовное разбирательство в связи с изменениями законодательства, а областной оставил его решение в силе. Теперь получается, что сельская учительница русского языка Наталья Оганисян, которую обвиняли в экстремизме, и виновной не признана, и оправданной не стала.

История, случившаяся в селе Ояш Болотнинского района, и правда выглядит как какое-то феерическое нагромождение нелепостей и столкновение эмоций. Причем из участников столкновения никто не победил, но все пострадали.

Все началось с конфликта на совещании в сельской школе. Оно проходило 6 апреля 2018 года. Учителя, родители и школьное руководство собрались, чтобы обсудить питание детей в столовой. Мать шестиклассницы и четвероклассника, гражданка Узбекистана Мукаддас Очилова там тоже была.

Заседание вышло таким резонансным, что директору школы Антону Димитрюку пришлось комментировать его широкому кругу прессы. В том числе, например, аж самому телеканалу Russia Today.

«Родители, увы, очень часто не понимают разницу между бесплатным питанием и льготным, — говорил он. — Вот и возникали вопросы, почему же меню такое скудное, почему в нем одни каши, раз мы деньги сдаем».

Узбекская мать двоих детей предложила: чтобы разнообразить меню, можно чаще использовать морковную поджарку. «Она не просила и не требовала никаких национальных блюд готовить для своих детей, — говорит Димитрюк, — но про поджарку сказала весьма недовольным, вызывающим тоном. А из-за акцента кто-то мог и не разобрать ее слов».

И ДЕЙСТВИТЕЛЬНО: Наталье Оганисян, как потом выяснится в суде, послышалось, что Очилова предлагает как раз национальные блюда. Учительница поинтересовалась: «Вам что, еще и лагман с пловом варить?» Тон при этом, очевидно, тоже вышел не очень тактичный.

И понеслось… Как утверждают свидетели, Очилова попыталась выгнать учительницу из кабинета, выкрикивая: «Ты кто такая?», «Убирайся вон отсюда!» Оганисян в долгу не осталась — назвала мамочку хамкой и сказала: «Учи русский язык».

Знала бы Очилова стихи узбекского поэта Собира Абдуллы: «Если ты хочешь судьбу переспорить,/ Если ты ищешь отрады цветник, / Если нуждаешься в твердой опоре/ — Выучи русский язык», — последствий можно было бы избежать. Но у нее диплом преподавателя узбекского языка, а не русского. Что не помешало ей прекрасно понять учительские коннотации и подать заявление об оскорблении в прокуратуру.

В результате Оганисян заплатила штраф в две тысячи рублей за «хамку». А пока разбирались, вспомнили, что в пылу дискуссии из учительских уст прозвучало еще и слово «чурка». Сама Оганисян, правда, это отрицала, но ей, даже с учетом признанного педагогического профессионализма, припомнили и другой случай вольного обращения с тем языком, который она преподает. Оказывается, несколько лет назад она уже заплатила 14 тысяч рублей штрафа за то, что публично назвала коллегу проституткой, страдающей бешенством матки.

Прокуратура инициировала уголовное дело по статье 282 ч. 1 «Возбуждение ненависти либо вражды и унижение человеческого достоинства по признакам расы, языка, национальности и происхождения». В работу включился следственный комитет, и в октябре 2018 года дело уже поступило в суд. Правда, пока шло разбирательство, в декабре того же года ч. 1 статьи 282 частично декриминализовали. Болотнинский районный суд производство по уголовному делу прекратил и приговора учительнице не вынес.

Однако освобождение от ответственности по таким основаниям — нереабилитирующим — педагога не устроило. Она обжаловала решение райсуда в следующую инстанцию, но областной суд оставил приговор в силе.

Что в итоге? Мукаддас Очилова вместе с детьми и мужем, уроженцем Ояша, после скандала переехала в Краснозерский район — в Ояше общественное мнение явно оказалось не на ее стороне. Оганисян уволили из школы. Формально — потому что она не могла исполнять свои обязанности из-за постоянных разъездов, связанных с обжалованием приговора, поскольку виновной суд ее не признал,

Единственное, что ее сейчас радует, — исключение из «экстремистского списка» Росфинмониторинга, куда педагог попала из-за этой истории. Что касается дальнейшей борьбы за реабилитацию, то, похоже, у пенсионерки Оганисян на это уже нет сил. Хотя окончательного решения она пока не приняла.

Ну а для села с населением меньше тысячи человек эта история больше года оставалась основной темой для разговоров. И не факт, что это еще не продолжится.

Алексей МАКСИМОВ, «Новая Сибирь»

Please follow and like us:

Оставить ответ

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.