Сын отдельно, отец отдельно

0
432

Сын главного судебного пристава Новосибирской области Вадим Эрлер получил 9 лет колонии

К заседаниям в Железнодорожном суде было приковано явно больше внимания, чем заслуживала уголовная статья. Все, конечно, из-за личности подсудимого, ведь им стал сын главного судебного пристава области.

Вся история началась ночью 16 сентября. Сотрудники транспортной полиции задержали двух молодых людей, которые в районе Железнодорожной больницы делали закладки наркотиков — метилэфедрона (аналог героина) и спайса.

Одним из задержанных оказался Вадим Эрлер. После задержания он сразу во всем сознался и сотрудничал со следствием. Показал другие места, где уже успел сделать закладки.

Резонанс в прессе дело получило мгновенно. Первый же судебный акт, отправивший сына высокопоставленного сотрудника органов юстиции под домашний арест, а его подельника Павла Морозова — в СИЗО, вызвал возмущение журналистов. Прокуратура пыталась оспорить домашний арест Эрлера, но областной суд оставил решение Железнодорожного суда без изменений. При этом о судьбе Морозова в суде говорили минут тридцать, а участь Эрлера решали в течение нескольких часов. Более того, дело Эрлера было выделено в отдельное производство. И это при том, что в связке Эрлер — Морозов оперативники считали лидером первого. Вопросы об основаниях для такого дифференцированного подхода суд оставлял без ответов.

Статья, инкриминируемая Вадиму Эрлеру, относится к тяжким — п. «г», ч. 1 ст. 228.1 (незаконный сбыт наркотических веществ в крупном размере) — у задержанного нашли более 40 граммов. Правда, дело проходит, как говорят, «через 30-ю», то есть через статью о покушении на преступление, прерванное по причинам, не зависящим от преступника. В этом случае максимальный срок не может превышать трех четвертей от максимального. Но даже с учетом этого обстоятельства получить можно было 15 лет.

Интересно, что друзья Вадима Эрлера говорят, что он не относился к «золотой молодежи», что, вероятно, близко к истине — «золотые мальчики» не бегают по ночам с наркотиками, чтобы сделать закладки. Работал продавцом-консультантом в магазине электроники, платил кредиты. Жил 24-летний Вадим Витальевич отдельно от родителей.

Его отец, Виталий Иванович, родом из рабочего поселка Ордынское, закончил сначала Новосибирский аграрный университет — в возрасте 34 лет, через четыре года — Томский университет по специальности «юриспруденция». Приставом работает с 2001 года, главным стал в 2015 году. Государственный советник юстиции Российской Федерации 2-го класса. В общем, типичный селфмейдмен. Вероятно, того же хотел и для сына.

11 декабря дело, составляющее два тома, было передано в суд. Первое заседание под председательством судьи Юлии Носовой состоялось 20 декабря. На него Вадим Эрлер пришел вместе с матерью. Свидетели Палкин и Пономарев (оперативники, задержавшие Эрлера) не явились, но их показания были оглашены. Вадим Эрлер свою вину признал в полном объеме и пообещал дать показания на следующем судебном заседании, которое было назначено на 28 декабря. Адвокат Эрлера Татьяна Щербакова в тот день была настроена достаточно пессимистично: «Мой подзащитный вину свою признает. Но практика по таким делам достаточно нехорошая. Так что чудес не ждем».

Чудес и не случилось.

Алексей МАКСИМОВ, «Новая Сибирь»

comments powered by HyperComments