В центре «ульяновской» истории два подростка. Первый уже отбывает уголовное наказание. Вторая почему-то стала бояться выходить из дома: народный суд всегда был страшнее государственного. Пользователи социальных сетей все еще создают петиции, требуют, внимание, освободить «насильника» из-под стражи. Над «жертвой» же только глумятся: создают различные мемы, комиксы и видео. Почти во всех народных произведениях девушка изображена, мягко говоря, совсем не так, как подобает «изнасилованной». «Шлюха», «шкура», «проститутка», «тварь» —  это, пожалуй, самое цензурное их всех ее теперешних прозвищ. Почему так произошло? «Новая Сибирь» вспоминает главный скандал прошлого года.

Город Ульяновск. 2016 год. Начало апреля. Студенческая вечеринка (она же «вписка») в самом разгаре. Загородный дом в несколько этажей. Пьяные девушки, которые скоро станут доступными. Пьяные юноши, которые уже давно ждут, когда же алкогольная консистенция сработает и можно будет наконец-то заняться сексом без обязательств.

Они все молоды и беззаботны. Они еще не знают, что уже завтра за одним из них приедет полиция, потом будет суд, а после —  небо в клетку. Истории очевидцев слишком сильно разняться. Оно и понятно — у каждого своя правда. Давайте рассмотрим каждую из них.

«Там на донышке было»

Диану на вечеринку позвала подруга. Сказала: «Приезжай, будет весело!». Она как раз ждала парня из армии. Скучала в одиночестве. Решила поехать. Ей тогда было шестнадцать лет (сейчас уже 17). Ее не смутило, что коттедж находится за городом. Подумаешь?  Еды в доме не было. Зачем? Только водка и пиво. Диана выбрала водку.

Журналистам на вопрос: «Сколько вы выпили?», она потом скажет так:

— Выпила несколько пластиковых стаканов.

Прессу ответ шестнадцатилетней девочки, конечно же, поставит в ступор.

— Сколько-сколько? – переспросят сотрудники СМИ.

— Несколько стаканчиков. Ну, там на донышке было, немножко, — будет оправдываться Диана, когда поймет, что доза ею выпитого не для всех стандартная норма.

Напилась. Да так, что ноги слушаться отказались. Начала искать телефон. Рядом оказался Сергей. Ему 21 год. Он взял ее за руку и отвел в спальню. Поцеловал, положил на кровать. Конечно, Диана начала сопротивляться. Кричала, но музыка слишком громко играла. Никто не услышал. Он ударил ее ладонью по лицу. У Сережи была крепкая ладонь. С одного шлепка  он якобы разбил ей губу и бровь.  После акта прелюбодеяния он ушел. Пришел второй юноша. Диане стало плохо. Выворачивало наизнанку в прямом смысле этого слова.

Тут динамика повествования обрывается. Сначала девушка говорит, что другой мальчик тоже решил ее изнасиловать, но Диана сказала, что ей плохо. И он не стал. Пожалел. А потом она вдруг признается: на самом деле он начал насиловать, вот только до конца дело не довел. Значит, это и не изнасилование вовсе, раз акт был неполноценный.

Приехали родители. Отец забрал дочь. Сказал рассказывать, что произошло, почему лицо разбито. Она и призналась. Даже домой заезжать не стали. Сразу сняли побои и написали заявление на Сергея. На второго юношу писать не стали — акта насилия же не было. Диана — сильная девушка. Ей не понадобилась помощь психологов, она не стала замыкаться в себе. Она просто начала жить дальше.  Сергей после этого инцидента тоже начал жить дальше. Только в робе.

«Я вообще не видел таких девочек раскрепощенных»

Она пришла уже веселая. Видно было, что где-то успела выпить. Зашел разговор про возраст. Сказала, что ей уже восемнадцать. Потом большинство ребят, которых будут допрашивать следователи, подтвердят этот факт.

Диана намекала Сереже, что он ей нравится, и она не прочь уединиться с ним. Он сначала смущался. Потом Диана начала его обнимать. Дело молодое. Девушка сама предлагает. Почему бы и нет? Они ушли в спальню. Музыка гремела на всю квартиру.

 «Он сказал, что она была очень активной. Я вообще не видел таких девочек раскрепощенных», — позже пояснит старшая сестра Сергея Екатерина Семенова.

Было уже поздно. У Дианы зазвонил телефон. Она была не в состоянии ответить. Трубку взял Сергей. На конце провода разъяренный отец. Юноша назвал адрес дома. Вернулся в гостиную к друзьям.  Отец приехал. Увидел, в каком состоянии находится дочь. Якобы дал ей пощечину и повез домой.

После нескольких минут удовольствия у Сережи начались серьезные проблемы. Его забрали под стражу, отчислили из вуза. Начались проверки. Его слова в противовес Дианиному заявлению ничего не значат. Неважно, что показания изнасилованной девушки также расходятся с показаниями свидетелей.

Отец Дианы решил сжалиться над мальчиком. Сказал, что они готовы забрать заявление, если его семья выплатит миллион рублей в качестве компенсации. Наличными, конечно же. Таких денег у семьи Семеновых, увы, не оказалось.

Сергей выйдет из тюрьмы в 29 лет. У его сверстников к этому времени уже будет хорошая работа и, наверное, собственные дети.

Его будущее после тюрьмы — в лучшем случае автозаправка. Даже охранником не возьмут. Судимость просто так не выкинешь. Это же не показания свидетелей, которые можно в расчет не ставить.

Все мы знаем, что российские тюрьмы людей не исправляют. Чего греха таить, не все в них и выживают.

Для справки: согласно 131 статье УК РФ под изнасилованием понимается половое сношение с применением насилия или с угрозой его применения к потерпевшей или к другим лицам, либо с использованием беспомощного состояния потерпевшей. Наказывается лишением свободы на срок от трех до шести лет.

От редакции

История ульяновского изнасилования получила широкий резонанс в обществе. Герои этой истории засветились в передаче «Пусть говорят», Всемирная паутина которую неделю подряд бурлит. Неравнодушные люди создают сообщества в социальной сети «Вконтакте», где высказываются в защиту «жертвы» и «насильника». Был ли половой акт недобровольным? Виноват ли парень? Неужели молодая девушка, отправляясь на алкогольную вечеринку не предполагала, что всем может этим закончиться? Сегодня эти вопросы задают десятки людей. Защитники Сергея, например, активно создают похабные изображения с участием Дианы. В свою очередь, ее сторонники пытаются доказать (похоже, всей стране), что насильник в любом случае должен сидеть в тюрьме, а согласие на секс бывает только в одной форме — в виде слова «да».  В любом случае, сидеть Сергею придется. Правда, не восемь лет, а «всего» три года. После недавней апелляции срок приговора сократили.

Светлана Бронникова

comments powered by HyperComments