Музыкальный антиквариум XV века

0
1245

Концерт-презентацию пока единственного в России инструмента XV века состоялся на круглой сцене концертного зала имени Каца.

На этой неделе в Новосибирске произошло экстраординарное, небывалое ранее событие. На сцене концертного зала имени Каца Новосибирской филармонии состоялась презентация редчайшего и пока единственного в России инструмента — клависимбалума — клавесина XV века. Реконструкция была выполнена по заказу филармонического ансамбля ранней музыки Insula Magica московским мастером Александром Баюновым, приехавшим в наш город в честь этого события и выступившего перед началом концерта с лекцией о том, как шло изготовление клависимбалума.

Месседж из эпохи Леонардо

Эпоха Леонардо да Винчи смотрит на нас глазами Джоконды, но, к сожалению, она не оставила многих своих реалий, поразительных изобретений, в том числе из музыкальной сферы. Репродукции, копии и всевозможные модификации Моны Лизы делаются в попытке-надежде разгадать тайну ее взгляда, ее улыбки. А если оригинал не сохранился — значит, и копия невозможна, как в случае с утраченным в ходе истории клависимбалумом?..

Собственно, в самом названии есть некоторое преувеличение. На самом деле это послание из первой половины XV столетия. 1440-м годом датируется манускрипт Анри Арно ди Зволле из Герцогства Бургундского с чертежами прототипа клавесина — клависимбалума XV века.

Работавший в конце жизни у французских королей Карла VII и Людовика XI в Париже, где и умер от чумы в 1466 году, он был многогранной личностью: врач, астроном, астролог, органист и не только.

ЗА НЕСКОЛЬКО десятилетий до деятельности Леонардо да Винчи он создал рукописи на латыни по широкому кругу технических вопросов, включая гидравлику, астрономические инструменты и чертежи изобретений, таких, например, как складная лестница или машина для полировки драгоценных камней.

Наиболее известен его трактат о проектировании и строительстве музыкальных инструментов, содержащий самые ранние иллюстрации клавесина. Он также описал лютню, клавикорды, орган, на которых должны были играть при дворе, а не в церквях.

— Сегодня существуют опыты реконструкции клависим-балума на Западе, демонстрирующие совершенно разные результаты, — так говорит мастер-реставратор Александр Баюнов, специально приехавший на новосибирскую презентацию. — На основе чертежа Арно (который дает очень большой простор для фантазий по причине очень малого количества информации), в нашей московской мастерской был разработан свой подход к реконструкции, учитывающий опыт западных коллег, но отталкивающийся от собственного опыта построения ранних клавесинов.

Тайны звучащих струн

Клависимбалум является гибридом двух инструментов Средневековья — псалтериума и клавиатуры, использовавшейся на органе, колесной лире, клавикорде.

— У воссозданного клависимбалума 37 клавиш, его диапазон — стандартные клавесинные 4 октавы, масса 11 кг, — так поясняет мастер. — Что касается материалов, из которых выполнена реконструкция, — это бук, из которого сделан корпус, дека — резонансная ель, порожки — орех. А струны из латуни. И здесь есть интересный волнующий момент. Похоже, проект подразумевает золотые струны: ну почему бы и нет, ведь инструмент был очень дорогой, его могли позволить себе купить люди очень богатые, но тогда в Европе была эпоха алхимиков, выдающихся многогранных личностей, культивировавших среди прочего идею превращения неблагородных металлов в золото. Вот и Анри Арно был, несомненно, одним из них. Алхимическую символику можно видеть на его чертежах и расчетах. Так что проблем с приобретением золотых струн не было. Речь идет не о чистом золоте, а о некоем сплаве — по-нашему, 785 пробы. Такой сплав, кстати, применялся тогда и в арфах. Возможно, удастся когда-нибудь и нам услышать звучанье золотых струн, но, думаю, оно все же будет отличным от звука струн латунных. И все же удалось добиться яркого полетного звука. Требования для ансамблевого музицирования строгие — начать с того, что он должен быть отчетливо слышен среди различных звучащих голосов. К тому же его особенность в том, что вибрация струны еще не заглушается демпфером, существует своеобразное эхо. Поэтому акустическая картина его звучания весьма оригинальна и полнозвучна.

Алхимия ХХI века

И все же что стало главным толчком к обретению Россией загадочного клависимбалума, которого здесь, судя по всему, никогда не видали и не слыхали?..

— Увидела запись на «Ютуб» клависимбалума, захотела такой же, — такой простой ответ дает главная виновница торжества, сделавшая заказ на реконструкцию, солистка ансамбля Insula Magica клавесинистка Анна Недоспасова. — И уже в сентябре у нас состоялась презентация инструмента в конференц-зале Московской консерватории, получившая нескрываемый интерес и широкий отклик. Научная работа шла параллельно с изготовлением клависимбалума, я читала иностранные статьи об инструменте, мы выступили на международной конференции в Российской академии имени Гнесиных в Москве месяц назад, в конце октября. Готовится большая статья в журнале ВАК.

Обращение к московскому мастеру, конечно, не было случайностью.

— Я познакомился с ансамблем еще в 2017-м, в соцсетях, — говорит Александр Баюнов. — С Анной Недоспасовой мы много общались по поводу клавесинов. А в апреле 2019-го у меня вышел клавесин ранне-немецкий ХVII века, я сделал первый такой инструмент, она как раз приезжала на конференцию и захотела посмотреть его. И уже через год возникла тема клавесимбаума, я получил заказ на его изготовление.

Я люблю делать редкие инструменты. Мне неинтересны усредненные модели, копии того, что и так существует. Мне интересен эксклюзив. Интересно работать на стыке традиций. Ранние французы, например, очень по-итальянски звучат. Их инструменты — это было продолжение итальянской традиции. При том, что они были уже стальные. И хочу заметить, что двухмануальные клавесины во Франции стали использоваться как сольные только в XVIII веке. До этого их использовали как аккомпанемент пению, нижний мануал — более громкому, верхний — для более тихого, спокойного. Но на это сейчас в основном не обращают внимания. К сожалению. Южно-немецкая традиция, испанский инструмент… у всех свои тонкости.

— Вы ведь в каком-то смысле наследник европейских алхимиков?.

— Пожалуй. Я кандидат химических наук. И это мне в моей теперешней деятельности очень помогает. Но кроме этого еще и музыкант, электрогитарист. И в один момент у меня случился творческий кризис в музыкальной сфере. После этого занялся полифонической музыкой, причем по части написания. А для этого инструмент понадобился. Подумал, почему самому не сделать. Так и пошло.

— Еще с нашим ансамблем вы планируете что-то раритетное?

— Я сейчас сделал еще один южно-немецкий клавесин. Пока для своего внутреннего пользования. Потому что мой инструмент, который выставлялся в Зарядье, забрали, он находится у органистки во владении, она на нем играет. У меня сейчас нет инструмента, на котором я мог бы заниматься… Вот приедет Анна Павловна, мы устроим презентацию клавесина и дальше посмотрим. Кроме того, занимаюсь еще гитарами — барочными, ренессансными.

— Вы считаете, в современной жизни это важно? Ренессансные гитары, к примеру?

— Мне сложно судить. Я не воспринимаю музыку как историческую, музейную. Для меня это повседневность. Иногда вообще не понимаю, что нужно окружающим. Но мне самому это нужно, и по счастью есть еще люди, которым нужно. Так что думаю, надо это популяризовать, и потенциал у этой сферы есть. Я сотрудничаю с музыкантами, например, Дмитрием Четверговым, который делает вещи современные на ренессансной гитаре в ренессансном стиле. Считаю, что эта практика полезна для привлечения внимания к старинной музыке, через это можно заманить в нашу сферу.

— А как вы в качестве слушателя восприняли сегодняшний концерт?

— Прекрасно. Концерт, который проходит с моим инструментом, ну это… это то, что надо. Да, это так.

Раритеты Чудесного острова

Волшебный или чудесный остров (так переводится название Insula Magica) возник на просторах Новосибирска более трех десятков лет назад и не перестает быть таковым. Именно благодаря ансамблю в городе появились роскошные клавесины — ренессансный и барочный, исторические лютни и гитары, монументальная теорба и множество других музыкальных редкостей, количество которых давно перевалило за полсотни. Причем не стоящих за стеклами витрин, а активно участвующих в концертной практике. В концерте-презентации на сцене имени Каца публика могла видеть фидель («Какая необычная скрипка!» — воскликнул один из слушателей), готическую арфу и колесную лиру, псалтериумы — смычковый и щипковый, виолу да гамба, блок-флейты, гемсхорн (воловий рог или рог серны), лютню средневековую, ударные. Все они, еще и в альянсе с солистами-вокалистами, составили единый ансамбль, вызванный к жизни приходом в «чудесное» сообщество новой персоны-клависимбалума. Его появление стало отправной точкой рождения новой концертной программы под названием «Музыкальный антиквариум».

Ведущий концерта, руководитель ансамбля заслуженный артист России Аркадий Бурханов рассказывал и о музыкальных сложностях новой программы: все же никогда еще артисты Insula Magica не погружались так глубоко в глубину веков, исполняя музыку Средних веков, произведения неизвестных авторов и знаменитых композиторов, таких как Гийом Дюфаи или Йоханнес Чикония. Звучали пьесы из Кодекса Фаэнца для клависимбалума (это самый ранний из сохранившихся клавирных сборников середины XV века), Сложнейший изоритмический мотет во славу правителей Кипра и Мадригал о гербе города Лукка, изображающего Пантеру и Марса.… Да, все эти музыкальные учености со времен античности и в Средние века входили в квадривиум наук наряду с арифметикой, геометрией и астрономией. Это было не просто ремесло или приятное занятие…

Вот и сейчас в концерте звучали и застольные песни, и баллады, песни радости и отчаяния. Как вот эта песня, шесть столетий назад сочиненная великим Дюфаи: «Имею право жаловаться и стонать, я свободен от счастья и радости…»

Не о нас ли это сказано — о поколении, добившемся стольких свобод?!

Марина ЛОГИНОВА, специально для «Новой Сибири»

Whatsapp

Оставить ответ

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.