Желтая ворона будет пошибче белой

0
1346

О своей жизни и жизненной философии «Новой Сибири» рассказывает самый странный и экзальтированный художник Новосибирска Сергей Кабышев.

«Ходит по городу странный человек… Сергей Кабышев (желтая ворона). Любимый его цвет — желтый: цвет солнца, весны, радости». Так пишет о Сергее Васильевиче художник Владимир Фатеев.

Да, это художник веселый, общительный и жизнерадостный. При этом непьющий, что идет даже в некий диссонанс с этими его качествами. А еще Сергей Кабышев искренне не понимает, почему про него не пишут серьезные художественные критики, да и «культурные» журналисты тоже предпочитают не связываться.

Что тут можно сказать… Во-первых, у нас в городе не осталось серьезных пишущих искусствоведов, способных исследовать творчество местных художников и графиков, а во-вторых, ни один человек в городе просто не понимает, как относиться к художествам Сергея Васильевича, рисующего в жанре пост-поп- соц-арт, им самим же придуманном.

К примеру, гардеробщица в Доме актера с подозрением поглядела на представителя газеты «Новая Сибирь» и спросила: «Вам это нравится?..» — как бы даже не предполагая ответа. Ведь и правда, здесь все прямо как у Ницше — за границами понятий добра и зла, здесь нельзя рассуждать категориями «нравится — не нравится». Просто оно существует, и никуда от него не деться.

«В своих работах он беззастенчиво эксплуатирует приемы юмористики и социальной сатиры», — утверждает газетчик Николай Гармонеистов. «В работах Сергея нет никакой социальной сатиры», — противоречит ему художник Владимир Фатеев. «Все его живописные истории непременно имеют язвительный, саркастический или ернический характер», — не соглашается журналист Татьяна Коньякова.

Его картины, как и многие репинские, можно «рассказывать». Вот, к примеру, возьмем серию «Знаки препинания». «Точка» (мужчина с пистолетом у виска); «Многоточие» (издырявленный киллерами «мерседес»); «Запитая» (пьяная девица с бланшем под глазом); «Дочка с запитой» (опустившаяся дама с ребенком).

Так что не зря по уровню социальной значимости его картин Кабышева однажды сравнили с передвижниками. А куда деваться — идеи наподобие «народнических» у нас нынче никто больше не пропагандирует, больше и сравнивать-то не с кем. К его работам чаще всего относятся с иронией, на что он, собственно, и сам активно напрашивается, поэтому про него однажды и сказали, что он находится в нише между Пиросмани и «Крокодилом».

Вообще-то, Кабышев много чего умеет — может даже видео снимать. Как он сам поясняет: «Я поступал на режиссуру к Сергею Аполлинарьевичу Герасимову в 1977 году, поэтому кое-что умею. У меня даже свой частный канал есть».

Про последнюю свою выставку в фойе Дома актера он рассказывает так.

— Спасибо госпоже Сумниковой Лидии Прокопьевне за то, что она откликнулась, и вот теперь у меня «Нехай, Америка-3». В день открытия вдруг вдарил мороз, поэтому съемочная группа 24-го канала опоздала, приехали к концу фуршета. В масках, но без автоматов. Потому что маски медицинские.

Тележурналисты были очень удивлены, что до сих пор не слышали про самородка, который может еще внятно высказаться на камеру на предмет экологии и социальной философии. А это он хорошо умеет.

— Не важно, к кому ты принадлежишь — к красным, голубым, синим, фиолетовым, — главное оставаться человеком, ибо… Ибо если оставаться человеком — проживешь тысячу лет. Ребята, занимайтесь своим любимым делом без оглядки. Работайте не на Васю, не на Петю, а лепите своего «горбатенького». Счастье — это когда человек занят любимым делом безо всякой партийной или еще какой-то там нагрузки. А Бога нужно благодарить два раза в день, утром и вечером — вместо зарядки. Я вот сам — как только начал, так и заработало: вселенский разум, он ведь не дремлет, он знает, что давать надо веселым, даже зарабатывать деньги всегда нужно в кураже. Вот хохотунчики из «Камеди-клаб» дурака валяют, пока другие мешки ворочают, а ведь все миллиардеры.

Весь океан забит островами из пластика! Давно пора вернуться к нашим «чебурашкам» и другой таре по 0,7 и по 0,8 литра! Вот шведы — они ведь не глупые, так в свое время говорили, что мы умные люди, потому что у нас тара многооборотная.

По поводу своего появления на ниве новосибирской живописи у Кабышева тоже есть своя история.

— Однажды в 84-м пришло мне в голову трехкомнатную квартиру на Гоголя картинами завесить. Юлька говорит: мол, картины нынче дорогие. А я ей: сами нарисуем! Ну и нарисовал.

Марк Копелев, перед тем как в Америку эмигрировать, зашел в гости — я ему говорю: «Маркуша, я тебе сейчас как другу предложу на выбор три картины». Ходил, выбирал, выбирал… Выбрал три штуки — и все Юлькины. «Значит, она талантливее тебя!» Зато Шипилов, когда увидел мою «Запитую», сразу закричал: «Серега, выкинь рассказы, что ты сочиняешь. Вот твои рассказы!»

Отдельная история есть и про картину «Запитая».

— На дачу собрался ехать, а вокруг на вокзале — дождь, сырость, грузины рядом что-то пищат… И стоят две вот такие вот девчонки: тра-та-та между собой под музыку из киоска. Как увидел, так сразу и сказал: дорогие вы мои запитые!

Как-то раз к нам в 2004-м приезжал Сергей Петрович Бочаров, академик живописи. Выставку его помогала привезти КПРФ — под лозунгом «Надо вернуть то, что нельзя вернуть». Поглядел на «Запитую» и говорит: «У тебя сколько классов образования?» Я отвечаю: «Десятилетка и водный институт». — А он: «Это слово через «я» пишется. Куда люди смотрят!». Еле объяснил ему, что у меня другой взгляд на вещи.

Сергей Кабышев из поколения «семидесятников-восьмидесятников», поэтому и дружил он с соответствующими уважаемыми людьми.

— Дружили и с Колей Шипиловым, и с Мишей Евдокимовым, и с Овчинниковым. Кстати, в память о Ваньке я придумал свое стихотворение: «Вышла баба из паба, а я глядь — это мужик! Свистнул ему, а он за угол — вжик!» Так что, как говорится, подобное притягивается к подобному…

Из своих так называемых творческих планах художник не делает тайны.

— Выставочных работ у меня набирается 85. Что-то ушло за рубеж, что-то богатые заказали. Поток у меня сейчас отсутствует. У Зюганова пять моих картин, у Жириновского четыре. Две мои картины недавно купил один столичный бизнесмен, который сильно раскрутился за счет новой программы и Путина лично. Из Гамбурга пришло две заявки на авторские копии моей работы «Товарищ Сталин, вы бы встали!» С Канадой вот веду переписку. Картин много. А ненаписанных еще больше. Но я их все в голове фиксирую, иначе пропадет.

Недавно был в столице нашей Родины. В Пассаже мне сказали: «Сергей, это все здорово, но прежде чем говорить о выставке, нам сначала нужна электронная версия». А я ведь инженер-электромеханик, мне это все легко. Спросили, потяну ли я аренду, — ну тут, если что, мне сынок Артем поможет. Был на Кузнецком валу — художники там рисуют бесподобно, Шишкин рядом не стоял, айвазовские отдыхают. Так что движуха есть. У тельцов по году рождения так и бывает — долго все тихо, а потом вдруг их начинает вести. Вот и сын мой Женька, что сейчас в Африке живет, говорит, чтоб я гнул свою линию и не парился.

Был у Барановой в литинституте, она меня запомнила еще с 80-х годов, когда мы с Колей Шипиловым туда ездили. Посмотрела все мои письма Зюганову и Жириновскому и сказала: «Чувак, ты повторяешь Колину судьбу, до которого в Новосибирске тоже было всем по барабану».

Зюганову в письме я так и написал: «Дорогой Геннадий Андреевич, забери меня из Новосибирска! В смысле, не меня, а мои картины». Он ответил, что они будут рассматривать мои вопросы в официальном режиме. Еще я подал заявку на размещение моей выставки в фойе Государственной Думы. Рассказал об этом Сереже Мосиенко, он сказал, что я молодец.

Хоть Кабышев и открещивается от какого-либо отношения к политике, у него есть ярко выраженная социальная позиция. И с ним вряд ли кто сможет на равных поспорить на тему патриотизма.

— Мои картины вовсе не мрачные, хотя какие-то из них напоминают нам про 90-е годы, про нашу историю, которая, как известно, любит повторяться. И если мы об этом забудем, снова станет очень плохо. Вот захожу я как-то в присутственное место и спрашиваю секретарш: «Скажите, девушки, а кто написал «Бородино?» А они мне отвечают: «А что такое «бородино»?»

В общем, нельзя забывать о нашей земле, на которой живут и богатые, и бедные. О нашей Родине, которую пойдем защищать, если, не дай бог, наш паровоз очнется.

Кстати, я вот так любил нашего министра путей сообщения — он нам даже привозил неугасимый огонь из-за границы. А потом — раз — и оказался в Лондоне, где купил себе квартиру пятиэтажную, где хранит свои тысячу двести шуб, как он признается!

***

«Все символы — это имена добра и зла: они ничего не выражают, они только подмигивают», — так говорил Заратустра. «Его надо принимать таким, какой он есть, или не принимать совсем». Так говорит Владимир Фатеев.

Петр ГАРМОНЕИСТОВ, «Новая Сибирь»

Фото автора

Please follow and like us:

Оставить ответ

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.