Только спустя годы после расследования дела о 400-миллионном мошенничестве его главный фигурант оказался на скамье подсудимых. 

СВИДЕТЕЛЬ по уголовному делу в зале заседаний Центрального суда без всякого красноречия рассказывает, как с 2006 по 2009 год пачками выявлял в Новосибирске и области здания и помещения, являющиеся федеральной собственностью, но заброшенные или находящиеся под контролем посторонних людей.

«Некоторые из них занимались непонятными людьми и незаконно сдавались в аренду», — комментирует Игорь Фоменко. Фирма «Экрит», которой он руководил, оформляла документы и передавала их в новосибирский филиал «ФТ-Центра» — государственного унитарного предприятия, имя которого полностью звучит как «Федеральный компьютерный центр фондовых и товарных информационных технологий», но это никак не связано с основным его занятием: управлять государственными предприятиями и объектами. Переданные «Экритом» объекты переходили на баланс «ФТ-Центра» и впоследствии сдавались в аренду уже в пользу собственника или продавались. Однако часть этих документов, как потом признался следователю в рамках другого уголовного дела сам Игорь Фоменко, были фальсифицированы. Миллионы рублей, полученные «Экритом» и другими подобными «аутсорсерами» от «ФТ-Центра», просто присваивались.

ГОСОБВИНИТЕЛЬ, помощник прокурора Центрального района Ксения Короед в перерыве заседания рассказывает корреспонденту «Новой Сибири», что «Экрит» только притворялся, что искал и оформлял федеральные объекты, а на самом деле этой работой занимались сами сотрудники «ФТ-Центра» за зарплату. «ООО «Экрит» эти функции либо не выполняло вообще, либо выполняло по доверенности, но услуги оплачивались, — рассказывает она фабулу обвинительного заключения. — Таким же образом по таким же фиктивным договорам действовали частные охранные предприятия (фактически охрана не осуществлялась) и юридические фирмы».

Сегодняшний свидетель еще недавно был обвиняемым по другому уголовному делу, в рамках которого раскаялся и признался, что работал и получал деньги по фальсифицированным договорам. Теперь он даже не помнит, в фальсификации чего именно он сознался и какое отношение к этому имел нынешний обвиняемый — Евгений Богорад, руководивший в те годы филиалом «ФТ-Центра». Ему инкриминируются два эпизода: в первом речь идет о мошенничестве с ущербом в 236 млн рублей, во втором — о попытке присвоить еще 138. «Обвинение очень объемное, его суть — заключение фиктивных договоров, обязательства по которым не были выполнены», — комментирует Ксения Короед.

Где деньги и кто их взял?

Евгений Богорад, который сегодня занимает соответствующее место рядом с адвокатом по правую руку от федерального судьи, стал героем прессы, когда скрылся от правоохранительных органов, пытавшихся предъявить ему обвинение в создании преступной группы.

Однажды, в 2009-м, Росимущество, в ведении которого находится «ФТ-центр», провело в сибирском филиале госкорпорации ревизию и выявило многомиллионные хищения. Проверка прокуратуры подтвердила версию о мошеннической схеме, в которой на основе фиктивных договоров об оказании охранных, юридических и аутсорсинговых услуг, причем к тому же и по завышенным ценам, из филиала просто выводились деньги.

Руководитель сибирского филиала госкорпорации, объявленный в международный розыск, пожил с семьей в Майами, а вскоре переехал оттуда в Израиль, где получил второе гражданство и даже новое имя — Элсамех Рами.

Правоохранительная система тем временем не скучала, а расследовала дело в отношении предполагаемых подельников Богорада, среди которых были его родственники и коллеги. Семерых из них обвинили в мошенничестве в составе преступной группы. Судебный процесс длился два года, и дело было настолько толстым, что даже приговор по объему сопоставим с текстом доброго романа. И, тем не менее, в итоге со всех семерых сняли обвинение в участии в преступном сообществе, двоих оправдали полностью, а пятеро получили сроки — правда, условные. Для иллюстрации масштабов дела достаточно сказать, что когда Верховный суд рассматривал жалобу двух осужденных на приговор, отмечалось, что в нем не была дана оценка показаниям 196 свидетелей. В вердикте последней инстанции по этому поводу сказано, что свидетелей, чьи показания были оценены, было больше.

Вскоре за этим прошел и процесс в отношении еще двух участников схемы — Игоря Фоменко, с которым мы уже познакомились выше в качестве свидетеля на нынешнем процессе, и бывшей сотрудницы «ФТ-Центра» Татьяны Медведевой. В 2016-м они признали свою вину и согласились на рассмотрение дела в упрощенном порядке — без исследования доказательств. Они тоже отделались условным наказанием.

А в начале 2017-го после 8-летних скитаний вернулся в Россию и сдался властям сам Евгений Богорад. Ему предъявили обвинение, пресса распространила заявление прокуратуры, что он признал свою вину. Однако это не совсем так. «Он действительно добровольно явился в полицию и сказал — давайте разбираться в суде, кто тут виноват, — комментирует позицию своего подзащитного адвокат Сергей Николаев. —  Злоупотребления, возможно, и были — а где их нет. Объем работы выполнен огромный, наверное, не все было гладко, но говорить о том, что мой подзащитный был причастен к хищению средств, — как минимум необоснованно».

То ли схемы были черные, то ли они пахали, как негры…

ФГУП «ФТ-Центр», когда разворачивались события, о которых сегодня вспоминают в Центральном суде, было крупнейшим оператором федеральной недвижимости, и в Сибири ему работы действительно хватало. Для наглядности перескажем один из эпизодов нынешнего процесса — из допроса последнего директора филиала госкорпорации (реально последнего: сибирский филиал закрыт в декабре 2017-го). Когда сторона защиты спросила у него, сколько объектов было выявлено за время его работы, тот ответил: ни одного. Евгений Богорад прокомментировал: а при мне — более трех сотен. А ведь чаще всего до того момента, как «федералы» принимали помещения и здания на свой баланс, их кто-то эксплуатировал в свою пользу или кормился с незаконно полученной арендной платы.

Начало двухтысячных вообще было ознаменовано масштабными, а порой и реально боевыми действиями по возврату федеральной собственности под крыло государства российского или повышению эффективности ее эксплуатации. До активности, проводимой «ФТ-Центром», на этом поприще в Новосибирске здорово пошумело ФГУП «Федеральный центр логистики».

Наиболее показательными и резонансными были его схватки за гостиницу «Сибирь» (сегодня «AZIMUT Отель Сибирь») и здание НИИ метрологии. В 2003 году посланники «Федерального центра логистики», несмотря на недовольство властей Новосибирской области, предъявили тогдашнему директору гостиницы Валерию Войтенко свои права на объект, а также недовольство размерами прибыли, направляемой в федеральную казну. Вскоре «логисты» добились отставки руководителя. А в мае 2003-го уже отстраненный директор погиб в своем коттедже в Ордынке — как заключило следствие, от отравления угарным газом.

После гостиницы «Федеральный центр логистики» занялся восстановлением своих прав балансодержателя и на другой федеральный объект — здание Сибирского НИИ метрологии на проспекте Димитрова, 4. Его директором стал тот же человек, которого «логисты» привезли руководить гостиницей, — 33-летний москвич Алексей Кондрашов. Но осенью 2004 года не стало на этом свете и его: возле дома № 4 по улице Пархоменко его убили двумя выстрелами из, предположительно, пистолета Макарова. Все говорило о заказном характере убийства.

В истории сибирского «ФТ-Центра» таких трагичных фактов нет. Многочисленные структуры, занимавшиеся оформлением, ЧОПы и юристы получали и делили свои миллионы, может, и незаконно, но зато и о кровавых разборках по поводу объектов, которыми они занимались, ничего не известно. Следователи даже не смогли доказать, что все многочисленные фигуранты действовали организованно. Да и размеры инкриминируемого ущерба, превышающего 400 млн рублей (если сложить состоявшийся и предполагаемый), впечатляют только на первый взгляд, а если вчитываться в судебные решения, то становится понятно, что в них идет речь об одних и тех же суммах. И, тем не менее, ворошение «грязного белья» из прежних времен способно будет доставить массу неприятностей не только непосредственно участникам событий, но и свидетелям, которых в деле более четырех с половиной сотен.

Кстати, последнее обстоятельство делает маловероятным хоть какое-то внимание прессы к процессу по делу Евгения Богорада. Оно было передано в суд в марте 2017-го, к сегодняшнему дню опросить удалось не более 10 свидетелей. Так что приговора — каким бы он ни был — придется ждать долго.

Константин КАНТЕРОВ, «Новая Сибирь»

Please follow and like us:
comments powered by HyperComments