На второй митинг против повышения тарифов ЖКХ на 15% пришли более 500 новосибирцев. В прошлом году, в декабре, акция протеста собрала примерно 200 человек.

В этот раз муниципалитет разрешил заявить о своем недовольстве на главной площади города – перед оперным театром. В числе организаторов бывший член правительства Андрей Гладченко, общественно-политический деятель Ростислав Антонов и бывший вице-губернатор Новосибирской области Виктор Козодой.

На площади Ленина в основном люди пенсионного возраста. Все они недовольны увеличением платы за коммунальные услуги. Говорят, просто выбрали не тех депутатов. Много претензий к губернатору Новосибирского региона Владимиру Городецкому. Его решительные позиции нарастить бюджет за счет населения поставили в ступор общество еще в начале декабря. Сейчас уже «достается» и мэру города Анатолию Локтю (напомним, мэр поддержал решение губернатора), и депутатам, которые подписали указ о повышении тарифов. Компания «СИБЭКО» тоже не осталась в стороне. За несколько дней перед митингом неизвестные общественники устроили протестное лазерное шоу: на стенах здания офиса «СИБЭКО», мэрии и правительства появились надписи, анонсирующие сегодняшний митинг и кричащая фраза «нет росту тарифов».

Грубо говоря, новая индексация платежей заметно ударит по карману населения, при этом денежный оборот компании «СИБЭКО» увеличится на 664 млн рублей в год.

Среди толпы вижу молодую девушку. Подхожу, знакомлюсь. Спрашиваю, насколько сильно ударит рост тарифов по кошельку ее семьи:

— Меня зовут Дарья. Мне 31 год. На первый митинг ходил мой муж. Сегодня я пришла. Нас трое в семье. У нас с мужем есть дочка – ей семь лет. Муж недавно попал под сокращение. Не может найти работу. Живем на одну зарплату. Мне стоит дальше продолжать, говорить, насколько сильно индексация нам «аукнется»? Не знаю, помогут ли эти митинги. Мне просто уже кажется, что нас, людей, давно перестали слышать.

К нам подходит бабушка. Она видит, что у меня диктофон. Отказывается представляться. Говорит, можете называть меня кем угодно. Хоть Валентиной Михайловной, хоть Георгием Дмитриевичем.

Валентине Михайловне будет в мае 79 лет. Спрашиваю у нее тоже самое: видит ли она эффективность предстоящего митинга:

— Не уверена. Не-а. Нет. Я не верю, что все это будет. Что это происходит? Собрались письма Путину писать! Вы думаете, что в Москве не знают про нашу ситуацию? Все там знают. На прошлый митинг я пришла. И сейчас пришла. А зачем – не знаю.

Митинг начинается. Люди подходят к сцене.

—  Вы вообще помните депутатов, которых вы выбирали в горсовет?  — спрашивает Гладченко.

Толпа ревет. Доносится лишь смутные отголоски: «да...», «помним…».

— Они приходили только тогда, когда им надо было, —  кричит мужчина. На вид ему около сорока лет. Позже он скажет, что этот митинг – первый в его жизни. До этого ему незачем было выходить на площадь и протестовать.

— Дайте понять своим депутатом, что это вы их выбрали. Все-таки единственным источником власти по Конституции Российской Федерации является ее народ, — продолжает Гладченко.

На сцену выходит женщина. Просит слово. Предлагает провести акцию по отзыву депутатов из горсовета. Решили подумать об этом после.

— Мы все время говорим, что власть повесила на нас некоторую финансовую проблему, — говорит Гладченко. — На самом деле у этой проблемы есть конкретное имя – «СИБЭКО». Вы можете себе представить, что организация-монополист по поставке ресурсов,  являющаяся жизненно важным для города, попала в частные руки? Собственники пытаются скрыть свое присутствие в ней. Скрываются за оффшорными схемами. Мы должны добиться, чтобы его экономика стала открытой. Мы сейчас этим занимаемся.

Во время акции организаторы уже начали собирать подписи под резолюцией митинга против повышения тарифов ЖКХ свыше, чем на 4% на имя президента России, губернатора Новосибирского региона и мэра Новосибирска.

Ростислав Антонов – один из организаторов акции сказал, что подписи собираются настолько быстро, что заканчиваются листы:

—  У нас масса народа подписалась. Я напечатал 600 подписных листов. Они все полные. Поэтому мы решили, что будет выложена петиция в электронной форме. Вы, пожалуйста, заходите на электронную петицию, подписывайтесь. Спасибо всем. Мы победим.

Победим…  утвердительно слышится в толпе.

Гладченко возвращается к «СИБЭКО»:

— Если вы зайдете на сайт хоккейного клуба «Сибирь», вы увидите главных спонсоров клуба. Это «СИБЭКО» –  главный спонсор. К нам поступила информация о том, какая именно спонсорская помощь оказывается.

Цифра не подтверждена и требует дополнительной проверки, поэтому Гладченко ее не называет, однако замечает, что сумма это страшная.

На сцену врывается молодая женщина. Она забирает у Гладченко микрофон, заявляет:

—  У нас спорт и так в ****, товарищи. Я считаю…

— Таких слов мы на митинге не хотим слышать, – Гладченко забирает у гиперэмоциональной особы микрофон.

Место организатора занимает Павел Буковинин – депутат горсовета Оби. Именно депутаты города Обь в свое время отказались повышать плату за коммунальные услуги выше, чем на 4%.

Публика кричит ему спасибо.

— Ни один депутат не проголосовал за повышение тарифов в Оби. Сегодня я рад, что такое огромное количество жителей с активной позицией пришли сюда, чтобы заявить о своей позиции, о своем мнении, — начинает Буковинин.

— Что нам делать? – спрашивает у него мужчина их толпы.

— Вы сейчас уже делаете многое: показываете свое мнение.

—  И что? Что изменится?

—  Выбирайте депутатов, которые не подведут ваше доверие.

—  Ошиблись, с кем не бывает!

— Значит, на следующих выборах не ошибитесь.

— А сейчас можно? Можно сейчас этих депутатов снять с должности? – допытывается мужчина.

Публике нравится его настойчивость. Они начинают поддерживать мужчину.

— Есть такая процедура, но она редко используется, – говорит Буковинин. —  Когда следующие выборы?

— Предлагаете еще несколько лет ждать? Когда мы умрем? Нам сейчас надо это все делать. Сейчас. У нас до июля времени мало. Дома горят, страна горит. Вы должны нам дать совет. Отозвать депутатов и мэра. Что мы тут «лялякаем»? Минус тридцать градусов, замерзли все.

Время вышло, митинг закончен. Полицейские обходят площадь с ищейками – с немецкими овчарками:

—  Сейчас мы обязательно должны проверить территорию. Вдруг бомба, или еще что! Сами понимаете, люди же разные бывают.

Однако никто с площади Ленина уходить не собирается. Все разбились по кучкам. Прохожу мимо людей. Слышу: одни зачем-то ругают Чубайса. По старой привычке глумятся над его цветом волос.

Другие восхваляют Путина. Женщина предпенсионного возраста говорит:

—  Путин… он же миленький. Он такого с нами сделать не мог…

— Все они бандиты! – возражает ей оппонент. — Их все в тюрьму сажать надо.

— Николай Василич, – обращается к оппоненту другой мужчина, –  если всех бандитов сажать, то где же столько тюрем взять?

Третьи обсуждают Сечина.

— У него зарплата [у Сечина – прим. Новая Сибирь] сколько? Пять миллионов где-то писали! А ко мне внук приезжает в гости, я палку колбасы не всегда могу ему купить.

Останавливаюсь возле двух бабушек. Они уже собираются уходить. Слишком уж холодно на улице. Спрашиваю у них:

—  А вы как думаете, все эти митинги подействуют?

—  Я думаю, что да…

Подруга перебивает женщину:

— Нет. Ничего не изменится.

— А зачем же вы тогда пришли сегодня?

—  Потому что надежда все-таки теплится в душе, что нас услышат, –  продолжает подруга. —  Мы уже старые, наша жизнь прожита, а ты молодая, – обращается ко мне. – Вы должны приходить сюда и бороться за свои права. Не давать подлецам в карман лезть.

Мимо проходит полицейский с собакой.

Мою собеседницу одергивает ее подруга:

— Тихо ты! При собаке не говори. Услышит.

—  А что собака? Собака не человек. Она добрая я хорошая.

Ко мне подходит мой бывший одногруппник Вова. Он, при моем среднем росте, выше меня на две головы. У него широкие плечи. Смотрится он величаво, одним словом.

Вова говорит мне привет, видит, что я разговариваю с бабушками. Замолкает.

— Вот, – продолжает моя собеседница, –  смотри какой парень здоровый. А ты – маленькая и слабая. Физически ты ничего не сделаешь, если он [Вова – прим. Новой Сибири] будет против тебя. Так и с властью. Что мы сделаем?

Они уходят.

Светлана Бронникова

comments powered by HyperComments