Филармония, музыка и суета

0
685

«Новая Сибирь» предоставляет вниманию дискуссию о концертной жизни Новосибирска, которая могла бы состояться в реальности, но произошла в разное время и в разных местах. 

Об очередном заседании Экспертного клуба Новосибирска уже появилось несколько серьезных публикаций — за круглым столом на этот раз обсуждалась тема культурной жизни, а точнее — концертной. Участники круглого стола, за которым собрались три бывших директора Новосибирской филармонии и известные деятели музыкальной культуры, были солидарны в том, что концертная организация города в последние годы стала вести себя неоправданно осторожно, не решаясь делать шаги вперед. Претензии (в области маркетингового непрофессионализма и снижения количества концертов академической музыки) высказывались группой уважаемых экспертов, но присутствующие в качестве «ответчиков» представители администрации и отдела маркетинга областной филармонии предпочли выступить лишь в качестве слушателей.

Отсутствовал на круглом столе и генеральный директор филармонии — кому, собственно, и предъявляли большинство претензий выступавшие.

Так случилось, что примерно полгода назад корреспондент «Новой Сибири» встречался с Бейбитом Мухамединым и группой сотрудников филармонии, чтобы обсудить некоторые не очень приятные вопросы к руководству, возникшие у группы творческих работников. Но тогда, в конце апреля, информация, полученная от Бейбита Алшимбаевича, оказалась столь оптимистической, что больше подходила для рек­ламного материала, поэтому беседу и не стали публиковать на страницах газеты.

ЗАТО теперь появилась возможность процитировать не только участников круглого стола, но и слова их оппонента Мухамедина, сказанные 29 апреля 2019 года примерно по тем же вопросам. Чтобы получилось что-то вроде заочной дискуссии — во времени и пространстве.

Александр НАЗИМКО, директор музыкальной школы № 1, бывший директор Новосибирской филармонии:

— Что же происходит с концертной жизнью города? Я бы определил это одним термином «деградация»! …Результаты неутешительные: общее снижение концертов, уменьшение количества гастролеров. Посмотрите на афиши ближайшего сезона — в анонсах нет подлинных звезд. Да, мы, конечно, самодостаточны, как Северная Корея, так как располагаем замечательными творческими силами. Это прекрасно! Но когда мы говорим про развитие концертной жизни, про маркетинг, про поиск новых зрителей, то тут в первую очередь необходимы яркие имена-звезды! Публику легче привести в концертный зал на событийные вещи, а их, к сожалению, не так много происходит. Отличных концертов явно недостаточно, и самое неприятное, что их не умеют правильно анонсировать. Система продвижения концертного продукта, которую выстраивали годами, разрушена. В филармонии чехарда с руководителями службы маркетинга, при этом мотивация для этой должности весьма привлекательная.

Бейбит МУХАМЕДИН, генеральный директор Новосибирской филармонии:

— Когда три года назад мы с новой командой начали перестраивать работу, стратегической задачей стояло не только развитие собственных коллективов, нужно было научиться зарабатывать. И мы впервые за многие годы вошли в пятерку лучших филармоний Российской Федерации — по показателям заполняемости зала, по развитию творческих программ, по доходной части.

Было очень много сделано по интеграции наших творческих коллективов в музыкальной жизни города и области, по научной работе. Была проведена серьезная научная аналитическая работа, которая позволила создать план стратегии развития филармонии до 2023 года: это тонкая настройка, связанная с планированием работы творческих коллективов. Каждый из наших управляющих планирует теперь работу своего подразделения на год вперед. Если мы не будем гибко относиться к нашему продукту — мы останемся без потребителя. Кстати, уже заключаются договора с партнерами на 2022 и 2023 годы, а билеты продаем на 2001-й.

Владимир КАЛУЖСКИЙ, художественный руководитель Новосибирской филармонии:

— То, что происходит у нас сегодня в городе, вызывает много вопросов. Есть желание увидеть иностранных звезд академической музыки, они только частично реализуются. У нас на это нет ресурсов — область и город на это деньги не дают, и самое главное — нет желания видеть этих звезд регулярно у местных властей. Практика больших публичных концертов широка во многих городах Европы. Горожане в знаковых местах собираются регулярно и слушают и смотрят выступления различных музыкантов и артистов. Мы с гастролерами сегодня почти не работаем. Нет денег, ответ один. Конечно, мы можем, как Северная Корея, жить с опорой на собственные силы, но этим силам необходимо время от времени готовить новые программы.

Не так давно у нас возникла еще одна новация. Мы — не надо это забывать — организация областная. Мы должны работать в области, и на это нам выделяются средства. Но для нас проблема вывезти коллектив в область. Наше административное руководство говорит: «Это унизительно — везти музыкантов в музыкальную школу, скажем, за пять тысяч рублей. Договаривайтесь на не менее чем пятьдесят тысяч». Откуда у музыкальной школы эти пятьдесят тысяч?..

Бейбит МУХАМЕДИН, генеральный директор Новосибирской филармонии:

— Когда я пришел в филармонию три года назад, то обнаружил, что в отдаленные районы области большие коллективы вообще не выезжали. Мы за полгода изучили чуть ли не каждую деревню в НСО, где есть какие-то залы, выяснили размеры так называемого зеркала сцены, наличие гостиниц. И теперь симфонический оркестр выезжает в Куйбышев и Барабинск, где разделяется и разъезжается в разные стороны по мелким центрам, а потом снова собирается для следующего выступления. Стратегически выездная деятельность очень важна, хотя с точки зрения экономики это дает нулевой баланс.

Алим ШАХМАМЕТЬЕВ, главный дирижер Филармонического камерного оркестра Новосибирской филармонии:

— В прошлые годы у нас были программы, которые по просьбам зрителей приходилось повторять. Мы привозили на наши концерты первоклассных музыкантов, актеров — звезд мирового уровня. Сегодня администрация ставит нам такие условия, при которых мы вынуждены строить свои программы исключительно из соображений окупаемости. А когда классическая музыка себя окупала?! Мы теперь можем себе позволить заплатить нашим гастролерам только очень скромные гонорары — не дай Бог выйти «в минус»! Ни о какой особой ценности того или иного солиста, необходимости представить его искусство новосибирской публике речь теперь не идет, так как во главу угла поставлен вопрос финансов: заработайте, «продайте» концерт и тогда приглашайте кого хотите!

Да, естественный отток публики — это, к сожалению, не только наша проблема. В Германии, к примеру, масса проблем с мигрантами, не желающими ассимилироваться. Правительству как будто и не до культуры. Большая масса этнического турецкого населения, хотя и далеко не все, не «потребляет» европейскую академическую музыку. Но власти как-то решают эти проблемы, договариваются. Правительство Германии заботится о том, чтобы академическое европейское музыкальное искусство не снижало свою планку. Посмотрите, какое повышенное внимание к фестивалям классической музыки! Да, многие коллеги скажут: ну так там и раньше так было. Вот! Ключевой момент: там и раньше так было, и сегодня как минимум так остается! Несмотря ни на что! А у нас, к сожалению, культура приносится в жертву.

Бейбит МУХАМЕДИН, генеральный директор Новосибирской филармонии:

— Сейчас такое время, что филармония должна развиваться по-новому, поскольку с точки зрения маркетинга стандартная схема продвижения продукта совсем устарела, ведь все правила и законы были написаны еще в 60-е и 70-е годы.

Кризисы, инфляция — люди начинают экономить на продуктах, одежде и здоровье, поэтому не только в России, но и во всем мире упала посещаемость концертов. Мы проводим постоянные мониторинги нашего зрителя, определяем, в какое время года он наиболее платежеспособен, и следим за тем, чтобы зритель мог позволить себе хотя бы один раз в три месяца прийти к нам в гости. За прошлый сезон средняя наполняемость залов у нас — 75 процентов, количество зрителей с каждым годом увеличивается на несколько процентов, что очень удивляет наших коллег из соседних регионов. Мы подписываем меморандумы о сотрудничестве с бывшими странами СНГ — наладили сотрудничество с Белоруссией и Северным Кавказом, строим отношения с Казахстаном и Арменией.

Александр САВИН, бывший директор Новосибирской филармонии:

— Мы с Владимиром Михайловичем Калужским — те, кто еще помнит старые филармонические плановые задания. Мы проводили от 6 до 8,5 тысячи концертов в год, до 32 концертов в день. Не было ни одного своего зала, филармония размещалась во флигеле в Центральном парке, с туалетом в углу парка. Это был 1986 год. В репетиционном зале на сцене могли разместиться не боле 4-6 человек. Коллектив был из 12 человек. Существовали симфонический оркестр и только что созданный камерный хор, плюс лекторий и артисты оригинального жанра. Большого числа желающих руководить в то время филармонией не было. Была мечта о своем зале, о сокращении этого безумного потока гастролеров.

Ведь президенту и его команде, которую у нас представляет губернатор Андрей Александрович Травников, нужны прорывные результаты деятельности государственных структур, знаковые проекты за счет эффективного использования имеющейся материальной базы и ресурсов высококлассных специалистов.

Бейбит МУХАМЕДИН, генеральный директор Новосибирской филармонии:

— Большинство проектов осуществляются не на государственные, а на свои деньги — в том числе и пять больших фестивалей в год, которые не входят в программу госсзадания. Всего же в прошлом сезоне было проведено 462 концерта. Наша основная цель — нести в массы просвещение, сделать филармонию модным местом, этим и объясняется выдержанная ценовая политика, поэтому билеты на тот же «репинский» фестиваль у нас стоят не по пять-десять тысяч, как в Москве. А чтобы поддержать собственных музыкантов, выступления приезжих коммерческих исполнителей в филармонии проходят не чаще трех-четырех раз в год. «Прокатом» залов мы стараемся заниматься как можно меньше.

Аркадий БУРХАНОВ, художественный руководитель ансамбля Insula Magica:

— Основная проблема новосибирской культуры — высокомотивированные, но низкоквалифицированные управленцы. В управление культуры приходят люди с нижнего уровня менеджмента, чтобы заработать деньги.

Часто те, кто приходит на руководящие должности, не понимают, что делать.

Что происходит с филармонией сейчас? Нас просят подписать новые трудовые договора, в которых стимулирующая надбавка снижается, а окладная часть поднимается. При этом фонд заработной платы не изменился. Понимаете, о чем речь? Есть несколько системных ошибок, причем не ошибок, а сознательных действий. Мы сопротивляемся. Например, организовали свой независимый профсоюз, сражаемся с этим уже пять лет.

В филармонии собственность определена как государственная автономная. Я до сих пор не понимаю, что это значит. Автономная — это когда существует автономно, а государственная — это когда государство несет ответственность. Когда я жалуюсь государству, пишу жалобу, они отвечают: «Так вы же автономные, зарабатывайте», а когда нам повышают госзадание с подачи директора филармонии, окладную часть не увеличивают, но при этом убрали возможность получения дополнительных средств. Юристы говорят, что это незаконно, посоветовали обратиться в суд на Министерство культуры.

Бейбит МУХАМЕДИН, генеральный директор Новосибирской филармонии:

— Пять наших коллективов приносят 100-процентную прибыль, еще пять работают 50 на 50, а остальные окупаются еле-еле. Но мы ведь не сокращаем такой уникальный ансамбль, как, например, Insula Magica. Главное не растерять в нынешнем экономическом хаосе дух творчества.

Я привык всегда сам планировать и связи, и бюджет. Нельзя быть одновременно музыкантом и управленцем — когда начинают перехлестывать эмоции, вся работа прекращается. У нас огромный коллектив, мы самая крупная филармония Российской Федерации — 19 подразделений и более 800 работников, целое государство — прямо как Ватикан. И если бы в нем все было совершенно ровно, это бы наоборот говорило о нестабильности предприятия. А рабочие вопросы не дают превратить филармонию в болото, дают энергетический посыл.

Андрей ГЛАДЧЕНКО, Новосибирское отделение партии «Россия будущего», chairman:

— Я сегодня со смешанным чувством наблюдаю четырех отчаянных парней, которые готовы громко сообщить какие-то проблемы в культуре Новосибирска. Но у меня есть вопросы. А существует ли в культуре сообщество хотя бы из нескольких человек, которые готовы собираться, вырабатывать общие мнения — и тогда уже с меньшим риском для каждого из них и с гораздо большей эффективностью доносить это мнение до других участников диалога в лице власти? Хорошо бы втянуть это сообщество внутрь этого обсуждения. И еще более совместным и сильным Левиафаном выйти на диалог с властью.

Я считаю, что это была бы идеальная схема, когда чиновники не сидели бы в своих кабинетах и шушукались о том, какого бы им еще одного незанятого человека трудоустроить на место министра культуры, а спрашивали бы у культурного сообщества: «А вы кого готовы терпеть над собой в качестве начальника, распорядителя денег? И как бы вы хотели видеть взаимодействие между культурой и ее министром?» Пока таких мыслей не возникает, потому что они не видят контрагента, не видят собеседника.

***

На вполне внятном и трезвом замечании Андрея Гладченко наша искусственно смонтированная дискуссия заканчивается. Во время заседания Экспертного клуба Новосибирска было поднято еще несколько вопросов — серьезных и не очень: о коммерческой аренде концертных залов; о боязливом отношении к проведению концертов — с оглядкой на окупаемость; о дорогостоящей безадресной рекламе. И о том, почему обо всем этом боится высказываться пресса.

Напоследок разве что стоит сказать, что Бейбит Мухамедин во время встречи с представителем «Новой Сибири» коснулся и темы перспектив развития филармонии. Он привел в пример новые проекты, «связанные с детством, здравоохранением и спортом»: создание детско-юношеской филармонии полного цикла, программу работы с детьми с нарушением слуха, а также вспомнил о проведенных в этом году в залах филармонии чемпионате мира по брейк-дансу и тотальном диктанте. По словам Мухамедина, все это «не наша тема, мы ничего на этом не заработали, но получили огромную отдачу». Кстати, не так давно зал филармонии предоставили на условиях аренды еще и знаменитой интернет-поэтессе по имени Сола Монова — в зале присутствовали 950 женщин, никогда прежде, возможно, не переступавших порог филармонии. «Это не эксперимент, а маркетинг, — пояснил гендиректор, — мы не можем сейчас упираться в одно классическое направление, нужно, чтобы зал дышал, получал новую энергию, иначе мы в нафталин превратимся».

Николай ГАРМОНЕИСТОВ, «Новая Сибирь»

Фото Алексея ИГНАТОВИЧА

Please follow and like us:

Оставить ответ

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.