Михаил Меньшиков. Знаковый автор со знаковой судьбой

0
631

В Новосибирском художественном музее продолжает работу выставка «Михаил Меньшиков. Скульптура. К 100-летию со дня рождения». 

На выставке представлены скульптуры из собрания художественного музея, дополненные работами из фондов краеведческого музея и коллекции семьи художника. Кроме оригинальных произведений, можно увидеть изображения самых интересных монументальных творений Михаила Ивановича Меньшикова — памятников в Копейске, Камне-на-Оби, Новосибирске.

Наиболее полно талант скульптора раскрылся в портретном жанре. Михаил Иванович, мастерски используя различные материалы — мрамор, дерево, металл, — создавал яркие, многогранные образы известных личностей («Портрет героя Гражданской войны в Сибири И. В. Громова», «Хирург Е. Н. Мешалкин») и обычных людей, своих современников. На выставке показаны скульптурные портреты разных лет, позволяющие судить о даровании и особенностях творческой манеры мастера — автора столь разноплановых и выразительных работ.

Ярким акцентом выставки «Михаил Меньшиков. Скульптура. К 100-летию со дня рождения» стали графические произведения его сыновей — Даниила и Сергея.

— В нашем музее выставки произведений скульптуры проходят не часто, тем ценнее каждый такой проект для команды НГХМ, — отмечает директор музея Екатерина Болдырева. — Михаил Иванович Меньшиков — выдающийся скульптор, который исполнил целый ряд монументальных работ, ставших знаковыми для нашего города. Новосибирцам хорошо известны созданные им бюсты-памятники героям Гражданской войны в Сибири для сквера Героев революции, памятник поэту Борису Богаткову, памятник Воину-победителю в Павловском сквере на улице Богдана Хмельницкого. Работы скульптора поражают своей выразительностью, размахом и исторической правдой.

***

Как рождается скульптор? И насколько трудно им стать, если ты появился на свет в России XX века, полной драматичных событий, где и выжить-то часто было непосильной задачей? Чтобы ответить на эти вопросы, нужно заглянуть в детство и юность первого профессионального скульптора Новосибирска Михаила Меньшикова.

13-й ребенок «неблагонадежного происхождения»

В интервью советской прессе Михаил Иванович всегда говорил, что вырос в семье простого кузнеца в Челябинске. И только в 2022 году, при подготовке 100-летнего юбилея мастера, удалось выяснить, что на самом деле он был сыном известного городского предпринимателя, который действительно занимался кузнечным делом, но был в этом настолько хорош, что открыл и большую мастерскую, и магазин в центре города.

Итак, факты: Михаил Иванович Меньшиков родился 30 декабря 1922 года в Челябинске. Он был младшим, 13-м ребенком в семье. Восемь детей умерло еще младенцами, и осталось пятеро: братья Николай, Евгений, Михаил и две сестры — Нина и Анна.

Мать Миши Меньшикова — Антонина Николаевна, в девичестве Агафонцева — происходила из семьи зажиточных горожан. Ее отец Николай Исаевич и старший брат Адриан в 1914 году претендовали на должность гласных (депутатов) Челябинской Городской Думы. Антонина была единственной дочерью в семье и получила прекрасное образование.

Отец — Иван Осипович Меньшиков — был успешным предпринимателем, в справочнике краеведа Виктора Весновского «Весь Челябинск и его окрестности» (1909) указано, что у Меньшикова была собственная кузнечная мастерская, а в центре города, на главной торговой артерии, улице Уфимской (ныне Кирова), находился внушительный магазин. Сюда согласно совету Весновского надлежало обращаться всем, кому необходим «скобяной товар, освещение и принадлежности к освещению, насосы, металлы, машины пишущие и чулочно-вязальные, железо и железные изделия, велосипеды и москательные товары». Магазин располагался на первом этаже, на втором жила семья. Само здание принадлежало знаменитой купеческой фамилии Злоказовых и сдавалось в аренду.

Революция 1917 года сломала жизнь Меньшиковых: их магазин и кузнечное производство были закрыты, семью выселили в подвал дома, а в самом здании разместились ставка председателя Челябинского ревкома Василия Блюхера и комендатура.

К моменту, когда появился на свет младший сын Михаил, семья жила в крайне стесненных обстоятельствах: отец пошел рабочим на Челябинский тракторный завод — «неблагонадежное» происхождение семьи скрывалось. Скончался Иван Осипович в 1934 году в возрасте 50 лет, когда Мише было неполных 12.

«Отец его был кузнецом и мастером на все руки. Свою любовь к поделкам и всякому мастерству он передал сыну. Когда тому исполнилось пять лет, отец смастерил для него маленький рубанок, топор и пилу. К одиннадцати годам он был уже плотником, столяром, кузнецом и сапожником», — писала журналистка В. Козлова по итогам интервью с Михаилом Ивановичем в статье «Ваятель» (газета «Советская Сибирь», 1955 год).

«Голубая глина» и голубая мечта

Летом 1935 года Миша Меньшиков нашел место, где смог применить свою мастеровитость: кружок скульптуры и лепки в челябинском Доме художественного воспитания детей. Кружок базировался в обычном бараке, но заведовала им весьма неординарная личность — Татьяна Руденко-Щелкан. Достаточно сказать, что до революции в числе ее учителей был скульптор, который брал уроки в Париже у Огюста Родена.

«Миша долго смотрел, как лепили и рисовали другие дети:

— Дай мне этой голубой глины, — сказал он девочке в рабочем халатике.

— Это плас-ти-лин, — раздельно сказала девочка и насмешливо посмотрела на новичка».

(Из воспоминаний М. И. Меньшикова, газета «Советская Сибирь», 1955 год).

В творчестве Татьяна Руденко-Щелкан всегда тяготела к простым, живым и человечным сюжетам, стала по-настоящему известной и любимой публикой в СССР после создания скульптуры «Ленин в детстве»: на эту работу ее вдохновили ее челябинские ученики. Копии скульптуры разошлись по всему Советскому Союзу, их ставили в парках и отливали в виде маленьких бронзовых статуэток.

Меньшиков неоднократно отмечал, что именно в кружке под руководством Татьяны Руденко-Щелкан он стал мечтать о карьере скульптора. Но эта мечта вскоре оказалась под угрозой: Михаил пошел в армию в 1940 году и попал на фронт в 1941-м в числе первых подразделений.

Жизнь под вопросом

Летом 1941 года 212-я воздушно-десантная бригада, в которой служил Михаил  Меньшиков, участвовала в обороне Киева: десантники, по свидетельствам очевидцев, отличались бесстрашием и слаженностью действий. Михаил Меньшиков был награжден медалью «За отвагу», которая вручалась исключительно за личную храбрость, проявленную в бою.

В конце 1941 года Михаил Меньшиков был определен в состав 49-го гвардейского стрелкового полка, а в январе 1942-го стал политруком роты. Из воспоминаний Михаила Ивановича (со слов сына Сергея): «Из штаба приехал офицер: кто есть с полным средним образованием? Две недели в тылу — на курсы политруков. Две недели в тылу! Хоть я и знал, что став политруком, почти наверняка погибну (политруков противник «выбивал» в первую очередь), но соблазн отдохнуть на «гражданке» оказался сильнее».

К моменту, когда Михаил Меньшиков получил новое звание, он воевал уже полгода и во многом считался «опытным», хотя ему было только 19 лет.

Из воспоминаний Михаила Ивановича (со слов сына Сергея): «Однажды пришло пополнение; все целиком — взрослые мужики, тертые, смотрят на меня с недоверием. Стал объяснять, как обращаться с винтовкой Мосина. Вижу, воробей летит. Стреляю — попал. Больше мой авторитет не нуждался в подтверждении».

В должности политрука Михаил Меньшиков пробыл недолго. 14 мая 1942 года его рота воевала в Орловской области. «Был налет; а недавно как раз поступили новобранцы, все из разных частей Советского Союза, не все хорошо говорили по-русски. Отец рассказывал, что приказа ложиться они не поняли или не услышали — он кинулся их укладывать, бежал, показывая знаками, что делать; тут его и посекло осколками, 200 штук. Один осколок, попавший в мочку уха, хирург ему оставил «на память». В моем детстве на 9 Мая отец оттягивал ухо и показывал его на просвет, дескать, смотри! Потом, уже в 80-е, он однажды показал, а осколка уже не было: за тридцать лет металл растворился в организме», — вспоминает Сергей Меньшиков.

Ранения оказались тяжелыми; Михаил Иванович был демобилизован и с 1943 года работал инструктором парашютно-планерного клуба в Челябинске. В августе 1944 года как фронтовик без экзаменов поступил в Ленинградский электротехнический институт на инженера, однако проучился всего один год. Он знал, что это не то, чем он хотел бы заниматься всю жизнь.

И все-таки — скульптор!

Весной 1945 года Михаил Меньшиков вспомнил о своей детской мечте: стать скульптором. Он выдержал непростой творческий конкурс (в разные годы он составлял до 80 человек на место) и поступил в старейшее художественное заведение страны: в Институт живописи, скульптуры и архитектуры имени Репина (сегодня Академия художеств имени Репина). Обучался у профессора Виктора Александровича Синайского и профессора Петербургской академии художеств скульптора Владимира Беклемишева. Участвовал в  восстановлении здания академии, других культурных объектов Ленинграда и его пригородов, Петергофа и Павловска. В каком-то смысле война закончилась для Меньшикова именно тогда, когда он, будучи начинающим скульптором, участвовал в возрождении наследия, уничтоженного во время войны…

Наконец в 1952 году голубая мечта Миши Меньшикова, не знавшего когда-то, что такое пластилин, стала реальностью: он получил свой первый профессиональный заказ. А именно — памятник писателю, фольклористу и автору знаменитых «Уральских сказов» Павлу Бажову в городе Копейске Челябинской области.

В том же году последовало приглашение в Новосибирск: художники Иван и Василий Титковы, основатели местного Союза художников, целенаправленно искали талантливые кадры по всей стране. Так Михаил Меньшиков оказался среди «первопроходцев искусства», тех, кто своими руками создавал скульптурную и художественную среду в хаосе промышленного «сибирского Чикаго». Оба его сына, Данила (названный в честь бажовского Данилы-мастера) и Сергей, впоследствии тоже стали заметными русскими художниками — так что Михаил Меньшиков был еще и основателем художественной династии в нашем городе.

Здесь и должен был быть хэппи-энд истории скульптора, но... Михаил Меньшиков умер  в 65-летнем возрасте — и не своей смертью. Его сбил автобус на площади Калинина — скульптор шел в свою мастерскую. Буквально на следующий день движение в этом месте было остановлено: строили метро. Михаил Иванович получил серьезные травмы и несколько дней провел в реанимации, но спасти его не удалось… И все же, и все же: если и есть на российской почве XX века история успеха художника, который сделал сам себя, — то это, безусловно, история Михаила Ивановича Меньшикова.

Александра ЗАЙЦЕВА, специально для «Новой Сибири»

Whatsapp

Оставить ответ

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.