МОЙ НАКАЗ ПРЕЗИДЕНТУ РОССИИ

0
437

Что нужно сделать, чтобы жизнь стала лучше? «Новая Сибирь» решила предоставить возможность обратиться к кандидатам в президенты России с наказом.

Николай Мочалин: Нажмите трижды на кнопку «отменить»

Есть три предложения достаточно простых и очевидных.

Первое: отменить депутатскую неприкосновенность во всех уровнях власти. Большинство избирателей будут «за». Почему? Потому что они уверены, что депутатская неприкосновенность — это просто возможность депутата уйти от ответственности и ничего более. Как и рядовые граждане, депутаты должны быть доступны для правоохранительных органов, должны отвечать за свои противоправные поступки, если таковые были ими совершены. Если сравнивать наш институт «неприкасаемых» с другими странами, то степень неприкосновенности в России чересчур высока. И касается это не только депутатов, но и судей, и чиновников. О какой неприкосновенности можно говорить, когда судья или депутат совершили преступление, никоим образом не связанное с их профессиональной деятельностью? Я, например, не понимаю, почему инспекторы ДПС не могут отстранять от вождения пьяных судей, не могут привлекать их к ответственности.

Второе: пора также отменить спецсигналы на всех машинах, кроме служб «01», «02» и «03». Говорится об этом постоянно, какие-то декоративные решения даже принимаются. Как только начинают массово идти новости об авариях, совершенных машинами с «блатными» номерами и мигалками, власти начинают как-то что-то «упорядочивать». Например, сокращать количество машин, которые имеют право пользоваться специальными световыми и звуковыми сигналами. Но в итоге таких машин не становится меньше. Это как с сокращением штатов чиновников. Пошла волна, сократили, а через месяц-два смотришь — их еще больше. На мой взгляд, проблему можно решить только самым простым и радикальным способом — отменить спецсигналы в принципе, оставив их только для пожарных, милиции и «скорой помощи».

И третье: надо отменить и партийные списки на выборах депутатов всех уровней законодательной власти. Кто эти списки составляет, по какому принципу — избирателю совершенно неведомо. Может, кто-то партии просто денег на выборы дал. Может, он и не хочет быть депутатом, а ему лишь неприкосновенность нужна. Избиратель должен знать своего избранника в лицо, только так он может с него спросить, зачем я тебя выбирал. Если депутат прошел по спискам, у него даже своего избирателя нет. Перед кем он должен отчитываться? У нас на всех уровнях власти уже появились так называемые «профессиональные» депутаты. Они могут даже ходить из партии в партию, из одной фракции в другую, лишь бы кресло было да неприкосновенность была.

Во всем моих предложениях нет ничего сложного, они не требуют каких-то материальных затрат. Это как на всех современных гаджетах, если что-то не работает, если вы где-то ошиблись, просто нажимаете кнопку «отменить» — и все.

Николай Андреевич МОЧАЛИН, генеральный директор ЗЖБИ-4, депутат Законодательного собрания Новосибирской области

 

Анатолий Степанов: Нам нужен рынок для крестьян, а не базар для спекулянтов

Есть один самый главный наказ от аграриев. Будущий президент должен навести порядок в вопросе регулирования закупочных цен на сельскохозяйственную продукцию, и прежде всего на зерно.

На первый взгляд, для этого уже все есть. Есть прави- тельственные постановления. Создан регулировочный механизм. Организована зерновая биржа. Проработаны условия проведения зерновых интервенций. Существует порядок ежегодного утверждения минимальных закупочных цен, предусматривающий включение механизма закупочных интервенций… Но тогда почему зерно урожая 2016 года я продавал за 10 200 рублей, а урожай-2017 не могу продать за 5000? Чем можно объяснить падение цены в два раза?..

Все дело в том, на мой взгляд, что в 2017-м система регулирования закупочных цен рухнула. И, видимо, это произошло благодаря усилиям спекулянтского лобби в федеральных органах власти. Определенная группа лиц, приближенных к Министерству сельского хозяйства Российской Федерации или к высокопоставленным его работникам, доказала, что зерновые интервенции якобы неэффективны, — и их прекратили проводить.

Что мы видели в прошлом году? Весной объявляется цена, крестьянин на нее ориентируется, проводит определенные мероприятия, рассчитывает свои финансовые усилия. А осенью?.. А осенью интервенции не были объявлены. Как результат — стоимость зерна падает, что является выгодным только для узкого круга наших доморощенных спекулянтов. И теперь крестьяне вынуждены обращаться за бюджетной поддержкой. Но скажите, пожалуйста, какой бюджет выдержит такую нагрузку? Да и зачем мне как производителю сельскохозяйственной продукции нужна была бы государственная бюджетная поддержка, если бы я мог продать продукцию по рыночной цене?

Когда Владимир Путин с рабочим визитом посещал не так давно Краснодарский край, он назвал сельское хозяйство «драйвером российской экономики». Это было не голословно, он привел данные о том, что сегодня экспорт сельскохозяйственной продукции приносит больше, чем экспорт вооружений! Но где тогда доходы от этого экспорта? К сожалению, они не идут ни государству, ни крестьянам. Они, надо полагать, оседают на счетах спекулятивных компаний, мы же, аграрии, теперь вынуждены просить у государства поддержки и компенсаций. Однако если такая поддержка и будет, то, как показывает опыт, ее размер никак не покроет понесенные нами затраты.

Подобная ситуация складывается и в животноводческой отрасли. Молоко, масло, мясо мы вынуждены продавать на невыгодных условиях.

Уверен, что если будущий президент исправит сложившуюся абсурдную ситуацию, все аграрии окажут ему поддержку и скажут огромное десятикратное «спасибо».

Анатолий Антонович СТЕПАНОВ, генеральный директор ООО «Соколово», председатель Совета Новосибирской ассоциация руководителей сельскохозяйственных предприятий, к. т. н.

 

Александр Барсуков: Строительство дорог — задача государственная

СЕЙЧАС перед руководителями всех уровней, от губернаторов до президента, стоят сложные экономические проблемы. За какое звено надо потянуть, чтобы вытянуть всю цепочку? Как показывает мировой опыт, такой цепочкой является дорожное строительство. Здесь можно вспомнить хотя бы примеры США и Японии. Дороги — это инфраструктурные объекты. По оценке экспертов, хорошие дороги на 30 процентов обеспечивают рост экономики. За счет сокращения времени перевозок, затрат на ГСМ, за счет сохранности техники. Эти факты неоспоримы.

В Новосибирской области, да и в целом в стране, дороги фактически на сто процентов государственные. Поэтому первой задачей президент назвал задачу по удвоению объемов финансирования и строительства дорог. Потенциал дорожных организаций в области  позволяет решать такие задачи. Это хорошо видно по Новосибирску. Нашим дорожникам из-за того, что не хватает  работы дома, приходится работать в других регионах. И не только в соседних, но и в дальних, даже на строительстве Крымского моста и дорог. Пока что идет процесс обратный, правительство на 42,8 процента сократило отчисление от ГСМ (горюче-смазочных материалов), в результате область теряет в 2018 году более 2 млрд рублей.

Удвоение финансирования — это уже было бы хорошо, но недостаточно. В 2017-м на 15 процентов выросла стоимость железнодорожных перевозок, на 17 процентов — электроэнергии, на 11 процентов — ГСМ. Поэтому государство должно регулировать необузданные аппетиты естественных монополий, иначе удвоенное финансирование просто перейдет в карманы монополистов.

Энергетики, казалось бы, разбили свою монополию на пять или шесть структур. Одни занимаются производством электроэнергии, другие — ее передачей, третьи — торговлей и т. п. И лучше не стало. В каждой компании увеличился управленческий персонал, везде есть свой высокооплачиваемый президент. Соответственно, у энергетиков идет рост внутренних расходов, которые они покрывают растущими тарифами. РЖД также пытались реформировать, отделили подвижной состав от путевого хозяйства. В итоге появились те же проблемы, что и у энергетиков, ни один вопрос в обещанном режиме «одного окна» невозможно решить. Чтобы что-то согласовать (скажем, получить разрешение на открытие тупика), надо 20 организаций пройти, и порой на это уходит по три-четыре месяца.

Мы — строители, механовооруженность у нас очень высокая, есть щебеночные заводы, и расходы на электроэнергию нам нужно покрывать. Это в свою очередь отражается в конечном счете на стоимости строительства дорог. Точно так же, как и от растущих железнодорожных тарифов. Парк вагонов сокращается, и, естественно, перевозки дорожают. А в конце июля вагонов вообще нет, весь транспорт уходит на Кузбасс за углем, так что дорожники остаются без стройматериалов. Заранее мы их купить не можем, ведь торги идут фактически до октября, и какие у нас будут объемы строительства — неизвестно.

Понятно, когда поставки угля исчисляются сотнями миллионов тонн, а дорожники перевозят в рамках области около 1,5 млн, то мы железной дороге неинтересны. Но я считаю: раз дороги у нас государственные, то государство обязано взять на себя регулирование в отрасли, предусмотрев для дорожных строительных организаций какие-то преференции. В том числе и по их взаимодействию с естественными монополиями.

Кроме того, я бы еще предложил президенту, учитывая проблемы с трудовыми ресурсами в стране, рассмотреть возможность сокращения чиновничьих и силовых структур. Сегодня туда отвлечено чересчур много людей и бюджетных ресурсов, структуры эти раздуты до беспредела. Здесь я не имею в виду оборонку, но на все прочее президент мог бы обратить свое внимание. Мне бы очень этого хотелось.

Александр Филиппович  БАРСУКОВ, генеральный директор ООО «Новосибирскагропромдорстрой», депутат Законодательного собрания Новосибирской области

 

Владислав Ильин: Давайте создадим систему поддержки и укрепления здоровья детей

В НОВОСИБИРСКЕ есть опыт обеспечения детей полезным для здоровья продуктом, созданным на основе передовых научных разработок. Я предлагаю распространить этот опыт на всю страну.

В 2015 году был издан приказ Главного управления образования мэрии Новосибирска «Об организации питания детей с ограниченными возможностями здоровья…». Согласно ему, детям с ОВЗ от 3 до 7 лет полагалось бесплатное питание на сумму 135 рублей в день.

В детских садах поначалу не понимали, что с этими деньгами делать, что детям покупать. Покупали шоколадки и прочее баловство, и детям это не очень-то помогало.

На встречах с руководителями городских органов образования, «круглых столах» с работниками дошкольных учреждений наши специалисты продемонстрировали содержащие живые и активные бифидобактерии продукты серии «Бифилин». Все тут же сказали: вот это как раз то, что надо.

Результаты не заставили долго себя ждать. Новосибирский медуниверситет провел исследование, собрал статистику и выяснил, что в детсадах, где ребятишки регулярно пили «Бифилин», заболеваемость снизилась на 30 процентов. На 30!

И мы начали убеждать руководителей ДДУ в целесообразности использования «Бифилина» для детей с ограниченными возможностями здоровья. Сейчас «Био-Веста» работает с десятками садиков на постоянной основе. Но это не более 15 процентов от общего числа детей, нуждающихся в продукции поддерживающей здоровье. Для развития хорошо зарекомендовавшей себя практики нужна помощь департамента образования Новосибирска, чтобы продукты типа «Бифилина» доходили до всех детей, ведь профилактика заболеваний – важная государственная задача. Лучше недорого предупреждать болезни, чем потом дорого лечить.

Сегодня благодаря «Вектору» Новосибирск по пробиотикам является столицей России. Если мы обеспечим ими Новосибирск, то можно будет выходить на потребителей федерального округа и страны в целом. Уверен, при поддержке этой идеи президентом России польза для детей получится неоценимая.

Владислав Петрович ИЛЬИН, генеральный директор ООО «Био-Веста»

 

Сергей Бондаренко: Поставьте социальные вопросы в приоритет

ЦЕЛЫЙ блок в послании президента Федеральному Собранию в этом году занимали социальные вопросы. Для меня, депутата городского Совета Новосибирска, руководителя муниципального предприятия, это было особенно важно и интересно.

Социальные вопросы — это вся жизнь человека от рождения до смерти. Роль сильного социального государства и заключается в том, чтобы поддерживать своих граждан на все этапах пути.

Сегодня нам необходима программа строительства школ. Когда в «лихие» 90-е в стране упала рождаемость, здания многих детских садов были отданы госучреждениям, коммерческим структурам. В нулевых рождаемость начала восстанавливаться — и пришлось воссоздавать дошкольные учреждения. И вот теперь ребятишки, которые тогда пришли во вновь построенные детские сады, выросли, идут в школы. А школ, увы, не хватает.

Безусловно, необходимо увеличить финансирование их строительства, но это не единственная проблема. Ведь если в проектах новых микрорайонов современные просторные школы предусмотрены нормативами, то жители районов с уже сложившейся застройкой оказываются в патовой ситуации. Строить школы на небольших земельных участках, оставшихся незанятыми в центре, не позволяют градостроительные нормы.

Однако, я считаю, выход есть. Надо просто разрешить местной власти подходить к решению этой проблемы индивидуально. Ведь порой она может быть решена простым изменением этажности здания школы.

Второй мой наказ будущему президенту — это строительство спортивных сооружений. Сегодня Новосибирск, давший стране таких олимпийских чемпионов, как Александр Карелин и Роман Власов, не имеет Дворца борьбы. Секции ютятся по маленьким залам. Но и их катастрофически не хватает. Уверен, что акцент на создании больших и малых спортивных объектов существенно повысит доступность спорта для детей и подростков.

Третьим наказом я бы хотел сделать более «справедливое и адресное» распределение денежных ресурсов, направляемых на благоустройство городов. Мне понятны интересы муниципалитета, который все внимание и средства старается направить на громкие, крупные проекты. В Новосибирске такими стали благоустройство центральной части города, Михайловской набережной. Но сегодня это и без того достаточно обустроенные и зеленые территории. А вот в микрорайонах центра города зеленых зон нет в принципе. Поэтому есть необходимость в создании здесь мини-парков и мини-скверов.

И, наконец, если мы начали с разговора о жизни человека, то стоит сказать и о том, что должно делать государство в ее последние минуты. Я считаю, оно не может оставлять его близких и родственников один на один с горем.

Обращая внимание на послание президента, в котором он упомянул о создании специализированных служб и оказании гарантированного перечня услуг по погребению. Этот перечень должен быть един на всю страну, независимо от того, что думают или не думают по этому поводу чиновники. У нас, к сожалению, это далеко не так. Например, стоимость гарантированного перечня ритуальных услуг в разных регионах отличается очень существенно: от 19 тыс. рублей (как, например, в Хабаровске) до нуля. А местами обязанности муниципалитетов по помощи в скорбный момент вообще выполняют циничные и алчные «черные агенты».

Что еще остается? Остается память. В Новосибирске есть мемориально-просветительская программа «Белый тополь», благодаря которой увековечены образы многих выдающихся новосибирцев. Мне очень приятно, что я лично имел отношение к этой деятельности. Очень хочется, чтобы своих звезд помнили и в других российских городах.

Сергей Валентинович БОНДАРЕНКО, депутат Новосибирского городского Совета, директор МУП «Специализированная служба «Похоронный дом ИМИ»

 

Дмитрий Белик: Наше здоровье в наших руках

СЕГОДНЯ руководством страны перед медицинской промышленностью, в целом перед системой здравоохранения ставится задача увеличения срока жизни жителей Российской Федерации. Эта задача выполнима, но для этого необходимо ускоренными темпами восстановить отрасль медицинского приборостроения и медицинского оборудования, чтобы обеспечить лечебные учреждения современной техникой. И здесь пилотным регионом вполне могла бы стать Новосибирская область.

Нужна государственная программа по разработке изделий медицинской техники на базе отраслевых НИИ, институтов СО РАН и их производству на новосибирских предприятиях ОПК, в компаниях малого и среднего бизнеса.

Приоритетно в институтах СО РАН государством должны финансироваться прикладные разработки. Например, 10-20 процентов — фундаментальные исследования, остальное — госзаказы конкретных технологий и техники, которые остро необходимы здравоохранению страны.

Ответственность за внедрение разработок медицинских изделий в серийное производство на предприятиях Новосибирска, в том числе на предприятиях ОПК, должны нести и предприятия и институты СО РАН, проводившие научные исследования и разрабатывающие эти изделия.

Необходимо разрешить территориальному органу Рос- здравнадзора по Новосибирской области проводить технические, клинические, токсикологические испытания медицинских изделий и их регистрацию. Для проведения технических испытаний в Новосибирске есть лаборатория в Сибирском научно-исследовательском испытательном центре медицинской техники (СибНИИЦМТ). Если клинические базы для проведения клинических испытаний. Единственно — отсутствует лаборатория по токсикологии, которую и надо будет создать.

Для ускоренной регистрации медицинских изделий и сокращения сроков прохождения через разрешительную систему должен быть разработан соответствующий ГОСТ.

Разрешить проведение аукционов по закупке медицинских изделий с учетом только основных параметров (скажем, не более пяти) и с определенными льготами для российских предприятий.

Почему все это я считаю важным? В настоящее время лечебные учреждения в базовых медицинских технологиях оснащены в основном медицинской техникой зарубежного производства. Около 50 процентов того, что поставляется по государственным программам, имеет высокое качество. Вторая половина — никуда не годится. Это либо уже снято с производства, либо изготовлено еще лет пять назад и просто где-то залежалась на складе.

Несложные расчеты показывают, что уже через 1,5–3 года после снятия с гарантии вся медицинская техника требует ремонта и обновления программного продукта. Прежде всего это касается сложного диагностического оборудования. Цена запасных частей и комплектующих в общей сумме в этом случае может составить от 35 до 55 процентов от цены самого изделия. При этом еще надо учитывать сложную внешнеэкономическую ситуацию, санкции и непредсказуемость валютных курсов.

Если ничего не делать, то через 1,5–3 года нам потребуются значительные денежные ресурсы, чтобы поддержать оборудование в исправном состоянии. Иначе около 70 процентов придется списать.

Дмитрий Васильевич БЕЛИК, д. т. н., заслуженный конструктор РФ, генеральный директор ЗАО «СибНИИЦМТ»

 

Юрий Бугаков: Введите госзаказ на продукцию села

Положение дел в российском селе — это не только серьезный социальный вопрос. Это еще и важный аспект безопасности все страны, всего народа. Не будет у нас собственного продовольствия — не нужны будет ни рост экономики, ни развитие инноваций. Но именно в аграрном производстве, получается, мы сегодня шарахаемся из стороны в сторону, мечемся из угла в угол. А то, что происходит на селе в последние годы, — это просто катастрофа.

Но вся эта чехарда снимается одним простым решением: нужно ввести государственный заказ на производство сельхозпродукции.

Уверен, что рано или поздно мы все равно придем к госзаказу в нашей сфере. А лучше бы раньше. Об этом мечтает любой руководитель хозяйства.

Мне бы просто сказали, что я должен произвести. Какое количество пшеницы, ячменя, гороха, сколько молока, мяса, другой продукции. С гарантией, что когда я уберу урожай, у меня эту продукцию заберут и заплатят достойную цену.

Что такое достойная цена? Она разная может быть. Но я считаю, что от понесенных затрат плюс 25-30 процентов решили бы вопрос и развития хозяйства. С учетом серьезных требований к эффективности, рачительности затрат. Такая рентабельность мне представляется целесообразной на нынешний случай, когда проблем в сельском производстве накопилось выше крыши. С учетом катастрофического 2017 года, когда ни пшеница, ни овес, ни ячмень оказались никому не нужны. При себестоимости семь тысяч рублей за тонну на рынке дают пять. Но даже когда крестьянин от безысходности соглашается терять на каждой тонне по две тысячи, ему надо еще постараться найти того, кто его зерно купит. У «Ирмени» на складах сегодня зерна лежит 73 тысячи тонн.

В целом история повторяется из года в год. Кто-то решил посеять гречку, и она у него уродилась, а осенью весь урожай ушел по 25-30 тысяч рублей за тонну. У соседей — пшеница, за которую дают по 8 или 9 тысяч. На будущий год все бросаются сеять гречку, но цена за нее уже не 25, а 7-8, и все труды идут прахом.

В прошлом году из всего, что закупали, более-менее востребованным оказался рапс. Так я уже с содроганием слышу, как все формируют планы по рапсу. Мало того, что в их числе те, кто никогда этой культурой не занимался, соответствующих машин и оборудования не имеет, так еще и не задумываются, куда потом девать его будем.

Боюсь, что все благие намерения развивать переработку сельхозпродукции в итоге могут пройти по тем же граблям. Не получилось бы так, что, вложив в оборудование, скажем, по производству сухой клейковины, мы все наши склады забьем ею.

Введя госзаказ на продовольственное сырье, государство очень помогло бы становлению сельского хозяйства. А кроме этого, стимулировало бы крестьян повышать эффективность своего труда, развивать материальную базу, формировать ответственное отношение к управлению. Ведь при таком подходе единственное, в чем он будет уверен, что его продукцию у него возьмут вовремя и по справедливой цене.

Ну а уж там мы сами будем развиваться как надо и сделаем все, чтобы сельское хозяйство в нашей стране было на уровне.

Юрий Федорович БУГАКОВ, председатель ЗАО «Племзавод «Ирмень», депутат Законодательного собрания Новосибирской области, Герой Социалистического Труда

comments powered by HyperComments