Антон Трубица: есть чувство, что мы можем сделать Нетленку — как говорится, на века

0
892

2 апреля в баре «Открой рот» состоялся  многосоставной концерт группы Nuclear Losь под названием «Презентация винила Fatmix Studio Session».

Независимая музыкальная формация Nuclear Losь, основанная в Новосибирске в начале 90-х и входившая в десятку ведущих российских музыкальных электронных проектов, отмечает свое 30-летие. Сейчас основной костяк группы составляют Антон Трубица и Алик Лавелин, переигравшие практически во всех музыкальных стилях, с разными талантливыми людьми и на разных площадках: это джаз, лаунж и хип-хоп, и даже совместная работа с ансамблем «Маркеловы голоса».

Итак, 2 апреля в баре «Открой рот» на Ленина, 8 Nuclear Losь презентует винил, CD, аудиокассету и видео от VJDB 2003 года. Начнет мероприятие в 20:30 московский DJ Arkasha — Аркадий Хлобыстов, участник проекта Nuclear Losь  (с 1993 по 2007 годы). Из Москвы он прилетит специально чтобы сыграть ретроспективный часовой диджей-сет — начиная с магннитоальбомов начала 1990-х и заканчивая 2020-ми. После этого Антон Трубица и Алик Лавелин целиком исполнят песни с новой пластинки, которая будет продаваться здесь же, в баре. Во втором отделении будут исполнены треки с нового CD.

Недавно Антон Веселов уже оперативно сделал вполне всеобъемлющее интервью об истории Nuclear Losь, но Антон Трубица все же дал «Новой Сибири» некоторые пояснения как по поводу концерта, так и по поводу самоощущений 30-летнего коллектива.

—Антон, давай, чтобы закончить с информационной частью, расскажи про видео Димы Булныгина.

— С видеоподдержкой вышла немного загадочная история. Мы решили в виде динамичной подложки использовать видеодиджеинг  художника Дмитрия Булныгина — он же VJDB, —который еще в начале 2000-х нарезал его специально для нас. Он тогда как раз собирался переезжать Из Новосибирска в Москву. Сейчас он живёт в Париже, — творит там. Я почти наугад вытащил эту VHS-кассету из стеллажа и оказалось, что это то, что надо. Кассета долгое время считалась утеряной… Короче, как и раньше, Дима с нами. Кроме того, в перерыве мы покажем еще два-три эксклюзивных видеоролика, которые сделал Антон Дозер — там есть треки, которые еще никто не слышал.

Мы также будем продавать альбом «Fatmix Studio Session» вышедший на виниле в прошлом году, CD c альбомом «Madmapping» выпущенного ограниченным тиражом 111 экземпляров и аудиокассеты с альбомом «Beat Business» 2005 года, ему сделали ремастеринг в московской студии «FatMix», он выпущен исключительно для коллекционеров тиражом 30 штук. Вообще все, что я перечислил, можно послушать на любой музыкальной платформе.

— Еще три года назад ты говорил, что стиль рэп на тебя каким-то образом повлиял, в том смыле, что ты планируешь однажды вернуться к написанию текстов, чем не занимался уже лет двадцать пять.

— Нет, я бы не сказал, что к этому вернулся. Тем более я же сказал «однажды». Эта тема пока не в приоритете. У нас сейчас другие задачи. Впрочем, пописываю…

— И какие же это сейчас задачи у Nuclear Losь?

— Издавать накопленный материал, мы лет десять работали просто в стол, иногда выкладывая материал в соцсети, но в конце концов потеряли интерес к этому.  Теперь Fatmix занимается дистрибьюцией на электронных площадках, а мы готовим новый материал. Не менее двух альбомчиков в год.

— Но и ваш старинный Pornojazz ведь до сих пор считается культовым.

— Старинный «Порноджаз» прекрасно звучит. Достоен винила. Да, мы отмечаем не только 30-летие группы, но еще и готовимся к 20-летию выхода этого альбома. В следующем году отмастерим и выпустим Pornojazz на виниле двойником с ремиксами. Вообще-то, любое мероприятие этого года мы будем прикручивать к 30-летию.

Все нынешние релизы можно купить на маркете Discogs. Недавно я там заметил выставленные CD-Rom диски, которые мы делали в качестве «демо» или «промо» в начале 2000-х. Там же можно купить американские релизы начала 90-х, но цены высокие, особенно за сборник. Но все равно период с 1991 по… скажем… 1994 год —  это для особо подготовленного слушателя, который либо занимается изучением такого рода музыки, либо был когда-то участником наших мероприятий. Я сам довольно редко слушаю эту музыку — разве что по настроению или под задачи: это не тот материал, который можно слушать, расслабившись с фужером коньяка.

— Имеешь в виду ту музыку, которую вы делали ещё до магнитоальбома Enigmatica?

— Ну да, это то, что выходило в штатах в 1993—1994 годах. А вот посмотреть видео на Youtube люблю и рекомендую, но это другой формат. Мы выложили практически все видеоархивы до 1997 года, у нас этим занимается наш товарищ Денис Ленков. Спасибо ему.

— Но ведь «официальная» электронная советская музыка звучала очень убого, еще хуже французкого Space. Как вы технически тогда решали творческие проблемы?

— Конечно, тут надо учитывать, что в те годы у нас не было нормальных возможностей для записи. Даже у тех американцев, что приезжали в страну записывать наши группы, тоже был вполне простейший инструментарий для записи, по нынешним меркам. Поначалу мы пользовались самодельными драммашинами и советскими синтезаторами…

— Драммашина — это такой мертвый барабанщик?

— Ну да, изначально аналоговый, потом пошли синхронизируемые. Например, когда мы переходили на электронику, ряд приборов были с самодельными ревербераторами,  которые собрал мой брат. Он вообще умел делать любые приборы, а в году 83-м вообще выпилил гитару и ее полностью собрал. Но уже ближе к концу 90-х мы приобрели технику, которая принципиально изменила звучание, — тогда мы смогли отказаться от примитивных драммашин, которые звучали, честно говоря, весьма допотопно. Хотя, долгое время таскали тяжелый культовый синтезатор «Поливокс», выпускавшийся в СССР.

— «Музыка дожна быть хорошей и разной», как говорили при Советском Союзе?

— Это прекрасная формула. Примерно так мы и сейчас продолжаем: в последних изданиях у нас нет какого-то единого стилистического корня.

— Вы как-то всегда старались избегать концептуальных альбомов. Почему?

— Когда-то в 1991 году наш барабанщик Павел Перетолчин сказал «Концепция — это что-то…(пауза) такое избитое…» С той поры придерживаюсь этой концепции…Сделать альбом абсолютным, где каждый пердок подходит к другому, где настроение меняется по волнам моей памяти, как задумано автором? Музыка — она должна быть разной… Ну, а теперь и вовсе не важно, каждый слушатель выбирает свою песню, в своём айфоне. Концептуальные альбомы слушают аудиофилы... Ну, и я тоже.

— Интерес к радикальности у Nuclear Losь совсем пропал?

— Прямо скажу: всему своё время. Внутри себя я, конечно же, протестую по разным поводам, потому что по натуре анархист. Но мне хочется, чтобы музыка сейчас не носила внешних отпечатков: состояние страны, политики, цен на нефть и так далее. К тому же, мне кажется, что в ущерб юношеской экспрессивности, с возрастом мы стали делать более детально проработанные вещи. Некоторые из которых могут послужить людям не один десяток лет.

— Как-то раз ты сказал, что до 2003 года тебе казалось, что вы занимаетесь некой миссионерской деятельность. Это ощущение так и не вернулось?

— Нет. Сейчас другие на передовой. Зато есть чувство, что мы можем сделать качественную музыку — НЕТЛЕНКУ — как говорится, на века. Тут, разумеется, важно расставлять правильные акценты. Ты ведь не можешь всю свою жизнь находиться в самом центре «актуала», где-то на передовой. За тобой идут следующие талантливые ребята, и это хорошо.

— Немного из другой оперы, но вот Юрий Шевчук и Эдуард Лимонов попытались остаться революционерами на всю жизнь, но получилось это у них немного странно.

— Так революции рано или поздно все заканчиваются. БГ – молодец, достойная старость, все у него довольно продуктивно. Наверное, он нравится новым поколениям больше, чем нравятся вышеназванные, хотя и не подстраивается под эти поколения. Но повторяю: все же, для каждого возраста существуют свои кумиры. Я вот когда слушаю второй альбом Монеточки, понимаю, что он отлично сделан.

— Монеточка это что такое, прошу прощения?

— Это певица, которая появилась из «ВКонтакте» квинтэссенция поколения. Так вот, слушаю — и вижу, что все в альбоме отлично сделано, но специально искать ее песни в Сети я, конечно, не буду. Я понимаю, что она не оставит у меня на сердце такого шрама, какой остался от музыки, которую я слушал в начале 90-х. Тут каждому свое, такая музыка осталась для меня важной, она связана у меня с разными событиями и ощущениями моей жизни.

— А как же обложки, список треков? Все это ведь присутствовало на виниле и CD, а тут — нет.

— Это уже другое, это уже из категории коллекционирования. У меня масса друзей, которые покупают дорогие виниловые пластинки, хранят старые коллекции CD. И я тоже за то, чтобы это все стояло на полках и его можно было бы потрогать руками.

— А как насчет рок- и поп-групп середины 60-х, про которые все уже забыли, но от них осталось по одному-два отличных хита? Какие-нибудь The Tremeloes или The Zombies...

— Думаю, эта музыка должна жить и звучать и еще переосмысливаться в виде ремиксов, которые некоторые современные музыканты делают хорошо. Можно до сих пор «пилить» очень многое и из «Шокинг блю», и из «Энималз», и из «Дипов». Это большой пласт, из которого молодому слушателю известны только отдельные танцевальные хиты, звучащие и сейчас вполне актуально. Иногда мы и сами этим занимались, но это не было самоцелью, а служило для решения поставленных задач.  Поэтому на презентации 2 апреля мы сыграем ремиксы на Taxman и The Word небезызвестного коллектива Beatles. Так что ремиксовать вам не переремиксовать! Начало в 20:30!

Николай ГАРМОНЕИСТОВ, «Новая Сибирь»

Фото Александра БРЕЖНЕВА

Ранее в «Новой Сибири»:

Антон Трубица: Тогда казалось, что Nuclear Losь занимается некой миссионерской деятельностью

 

 

Whatsapp

Оставить ответ

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.